Онлайн-библиотека книг
Для нее все это было одинаково реально.
Суль отвечала им, стараясь их успокоить. Ей почудилось, что какая-то бесплотная фигура села подле нее.
— Я одинока, — шептала она, — так страшно одинока в этом лишенном фантазии мире! Мне так хорошо с вами! С теми, кто уже знает иной мир…
Один за другим они вырастали из тьмы. Тени людей, замученных до смерти в давние времена, тени видимые лишь очень проницательными людьми.
Это был мир Суль, здесь она чувствовала себя как дома. Она ощущала безнадежную тоску этих несчастных, томившихся в ямах, их сознание того, что спасение никогда не придет и что впереди лишь медленная и мучительная смерть…
Внезапно тени исчезли.
В проеме стоял Якоб Скилле.
— Ты — здесь? — сурово спросил он.
На миг растерявшись, Суль ответила:
— Да, я слышала, как ты шел за мной. Поэтому я и пришла сюда, где можно быть уверенным в том, что нам никто не помешает.
Он не слышал голосов в склепе.
— Да, сюда никто не зайдет, — ответил он.
Они занялись любовью в лунном полумраке.
Разумеется, он не знал, откуда у нее все эти вариации, и был уверен, что сам подбивает ее на такие фантазии. Он делал все, о чем она просила его — и они пережили фантастические полчаса. Он и не знал, что любит женщину посреди могилы.
Но Суль вернулась с ним в каюту в полном смятении чувств — в тихом обмороке, плача без слез.
Теперь ей этого было недостаточно. Земная любовь не могла по-настоящему зажечь ее. Ей нужны были более сильные ощущения.
9
На следующее утро Суль простилась на пристани с преисполненным скорби Якобом.
Плавание было изнурительным, и они прибыли в Осло в полдень, ожидая, что к вечеру прибудет из Копенгагена Даг."
"Суль сняла номер в гостинице и устроила там совершенно измученную Мету. У девочки не было морской болезни, но за все время плавания она так и не сомкнула глаз.
Суль велела ей закрыть дверь и никого не пускать.
— Я только навещу свою сестру, — пояснила Суль. — А тебе идти не следует, ты очень устала, тебе надо поспать.
