Презентация ящика Пандоры

Но он понял, как ему надо действовать, и расценил находку головного убора как невероятную удачу.

Григорий Константинович переночевал в избе у Нины Кузнецовой, а наутро отправился в приемную мэра. Ясное дело, секретарь его к Илье Алексеевичу пускать не хотела. Но когда женщина с самым честным видом его уверяла: хозяина кабинета нет, он уехал в Москву, вернется через неделю, красивая дверь открылась и в приемную вышел Ковригин. Григорий Константинович не растерялся, вмиг вытащил из портфеля панаму, надел ее на голову и посмотрел главе Фурска в глаза.

Ковригин застыл и сказал:

– Проходите. Елена, никого не пускайте, я очень занят.

– Остановите запись, – вдруг громко сказал Илья.

Картинка на экране замерла.

– Что не так? – осведомился Родионов.

– Пусть мама уйдет, – попросил мэр, – а мы поговорим.

Зинаида Федоровна, вопреки своей привычке спорить, почему-то молча встала из кресла.

– Нет, – резко скомандовал Роман, – пусть она останется.

– Ты не имеешь права приказывать в чужом доме, – зашипела Ковригина.

– Конечно, – согласился Звягин, – но никто не имеет права запретить мне сию секунду поехать к хозяину «Желтухи» и рассказать интересную историю.

Зинаида живо села, а мэр нахмурился:

– Хорошо. Я все расскажу. Старый прохиндей показал мне панаму, объяснил, что видел, как я убиваю Элеонору, наношу удары Насте. Потом навозный жук сделал мне предложение: или я дарю ему дом для лаборатории, покупаю туда все необходимое, или он прямиком топает в полицию. Но не к Зиновьеву, а к московскому следователю.

Наверное, понятно, почему я согласился на первое предложение. Профессор получил все, о чем просил. С той поры он несколько раз в году требует денег на свои нужды. Расходы постоянно растут, но до июня этого года чек не был запредельно большим. А вот в первый месяц лета он принес платежку на девять миллионов, услышал мое «ничего себе!» и объяснил: ему необходима то ли центрифуга, то ли ускоритель. Короче, какой-то агрегат, его недавно изобрели японцы. Продается оборудование исключительно в Токио, без него фигня, которую идиот пытается создать, не получится.

Я ему твердо ответил: нет! Старый козел решил показать кривые зубы и тявкнул:

– Подумайте хорошенько. В случае отказа я отнесу панаму в полицию, да не вашему Зиновьеву.

У меня стоп-кран сорвало, я доходчиво объяснил мерзавцу: головной убор не доказательство, я всегда могу сказать, что давно его потерял, прошло много лет. Никаких улик у старика нет.