Когда прибыл Канивец с приказом, все помчались к стенам, у каждого пятого в руках лестница. Их даже не заметили, ибо все, кто мог держать в руках оружие, вышли из ворот в помощь сражавшемуся Тулею. Артане быстро приставили лестницы к стенам, глазомер не подвел, хватило даже с запасом, быстро начали взбираться, Канивец придержал у ближайшей башни, пока не взобралась половина, затем с воинским кличем побежали по стене, сметая с пути усталых защитников.
Участь крепости была решена. Мирошник, сам раненный трижды, едва держался на ногах, он первый заслышал артанский клич на стенах его крепости, застонал в страхе и яростном бессилии, закричал изо всех сил:
– Прекратить, прекратить бой!.
Люди Канивца зарубили последних защитников ворот, сбили запоры и распахнули ворота. Мирошник сорвал с головы шлем, ветер тут же вздыбил длинные седые волосы, а наместник повесил на острие меча, вскочил на коня и, выскочив из ворот навстречу артанам, поскакал к шатру, где реял стяг Придона.
Придон беседовал с плотным немолодым человеком среднего роста в белой одежде.
Мирошник закричал еще издали:
– Мы сдаемся! Сдаемся!
– Поздно, – ответил Придон с жестокой ухмылкой.
Вяземайт после быстрого подсчета сообщил, что на поле брани вышло около трехсот беров, больше двух тысяч беричей и не меньше чем двадцать тысяч отборного куявского войска. Это было все лучшее, чем располагала Куявия.
– И хотя труп Тулея все еще не найден, – сказал он, – что странно, однако теперь можно сказать, что Куявии больше не существует!
Щецин сказал с веселой насмешкой:
– Разве превращена в пустыню?
– В Куявии не осталось воинов, – объяснил Вяземайт. – Даже этот последний из городов, Черный Утес, можно сказать, уже без охраны.
– Он в полном составе вышел с этим войском. Я узнал их стяги.
– Но как мог исчезнуть Тулей?
– У них было много колдунов, – сообщил Щецин. – Мы их посекли всех, но они многих героев сожгли, лишили сил… Могли его под чужой личиной вывести из боя.
Аснерд поморщился, крякнул:
– Непохоже на Тулея. Он был смелым воином. А здесь же осталась его дочь… Почему не стал драться до последнего? Придон выкрикнул в злом нетерпении:
– Вяземайт!.. Собери сотню крепких ребят, что еще могут держаться в седлах. Я еду в Черный Утес.
