Она видела, с каким восторгом смотрят оба, однако голос старшего из них был тверд и неколебим, как горный хребет:
– Госпожа, мне очень жаль… но остальные помещения еще не проверили…
Она не поняла, удивилась:
– Не проверили? Что это значит? Кто-то запустил сюда ядовитых змей?
– Хуже, – пояснил страж. – Мы не знаем, где могут быть тайные ходы. Здесь стены толстые, колдуны сейчас просматривают их насквозь. Уже нашли две щели!.. Зато восточная часть дворца уже проверена вся, там можно… Хотите, я вас проведу? И еще проверены полностью оба здания по ту сторону сада.
– Нет, – отрезала она. – Не хочу. Я хочу лишь выйти. Из дворца вообще. На улицу. Это ведь мой город?
– Ваш, госпожа. Но вам это лучше решить с нашим повелителем, благородным и богоравным Придоном.
Она поморщилась, сперва победоносный, а теперь еще и богоравный! Правда, после того, как у него за одну ночь зажила рана, все уверились, что Придон сам превратился в бога.
– Хорошо, – ответила она сухо. – Я поинтересуюсь у вашего богоравного.
И даже благородного, добавила про себя, но решила приберечь эту шпильку. Что-то артанские понятия о благородстве все сильнее отличаются от куявских представлений.
В двери робко вошли девушки, Гелия осмотрела их ревниво и со строгостью.
– Вас артане прислали? Что-то я вас не видела… Будете помогать готовить мою госпожу к свадьбе. Работы много, так что, если кто замешкается, – в порошок сотру!
Она сама выбирала для Итании платье, а все служанки сбивались с ног, стараясь ей услужить. Итания покорно примеряла каждый наряд, осматривала себя в зеркало, уже сама снова и снова перебирала платья, только бы чем-то занять себя до этой страшной минуты, когда ее поведут в храм.
Гелия, прислушиваясь к песням и крикам снизу, усадила Итанию перед большим зеркалом. Из матовой глубины на нее смотрела бледная женщина с застывшим лицом, словно вылепленным из белой глины.
На груди теперь позванивали и переливались всеми оттенками самоцветы, амулеты и даже талисманы.
Гелия надела ей на запястье изящный браслет, глаза верной служанки были полны грусти.
– Он безумно любит вас, госпожа, – прошептала она.
