зато нашел такие слова, что как будто сказано впервые, как будто никто и никогда не говорил о любви, не знал ее, не испытывал! А любовь, ты же знаешь, как хмелит души и кружит головы!
Аснерд не ответил, прислушивался. За стеной шатра привычно потрескивал костер, слышались голоса, но послышался и далекий стук копыт. Придон выглянул из шатра, приложил ладонь козырьком к глазам. В их сторону быстро приближалось облачко пыли, частый стук копыт стал громче.
– Это Скилл, – сказал он.
– Уверен? – спросил Аснерд.
– Его белый жеребец.
Аснерд и Вяземайт переглянулись. Вяземайт кивнул, быстро вышел и растворился в тени за шатрами. Из пыли вынырнули всадники, впереди несся Скилл, по бокам мчались Винул и Овсерд, несокрушимые герои, дети Перей-Тучи, который в одиночку прошел Заклятое Плато, спускался в преисподнюю и даже вывел оттуда своего побратима Мунгу Бронзовый Кулак.
Скилл спрыгнул на землю, мальчишка перехватил повод, а Скилл быстро шагнул навстречу Придону. Лицо его потемнело, и глазах блистали грозные молнии.
– Что вы здесь творите? – прорычал он, как разъяренный лев. – Что за войско начали готовить?
Жар охватил Придона, сердце застучало чаще.
– Скилл, – сказал он, – ты же сам говорил, что соберем войска и двинем к границе с Куявией.
– Да, – рыкнул Скилл, – да!.. Но я не говорил, что будет вторжение!
Придон открыл рот, но Аснерд положил ему руку на плечо и предостерегающе сжал.
– Скилл, – прогудел он благодушно, – умерь свой гнев. Ты – тцар, ты сам понимаешь, что никакое войско на границе вот так просто не удержать. К тому же такое… ну, большое. И очень-очень злое.
Скилл потемнел еще больше. Аснерд смотрит бестрепетно, для него Скилл по-прежнему сын его друга, а не великий тцар, но в голосе старого военачальника ясно звучит предостережение.
– Я – тцар, – сказал Скилл с нажимом. – И я знаю, что нам войны с Куявией не нужно. По крайней мере, сейчас.
– Сейчас, – повторил он. – Ага, сейчас… Верно, значит, говорят, что ты уже послал людей за той куявкой… Ты решил взять ее в жены?
Скилл запнулся, голос осел, но прозвучал достаточно твердо:
– Я очень долго ее ждал.
– Ты тцар, – произнес Аснерд многозначительно.
– Да, – сказал Скилл с вызовом.
– А что позволено простолюдину, – произнес Аснерд еще значительнее, – того нельзя тцару.
