По крайней мере, обладающему мощью, хотя, по его виду, он сам еще не понимает своей силы.
Стол в огромном шатре занимал половину площади. Слуги торопливо расставляли изысканные кушанья, дорогие вина, в центре стола появилась ваза с редкими цветами. Одер широким жестом пригласил за стол. Антланец не заставил себя ждать, лавка заскрипела под его тяжелым телом, он вытащил из-за пояса нож и сразу отхватил почти половину жареного гуся.
Одер поморщился, на Иггельда взглянул благосклоннее, тот не решился сесть раньше, чем сел сам Одер, за еду не хватается, вопросительно смотрит на Одера.
– Ешьте, пейте, насыщайтесь, – пригласил Одер радушно. – Дракон накормлен, пришла ваша очередь… Так что вы увидели с высоты? Наверное, это удивительное зрелище…
– То же самое, что смотреть с горы. Я из окна своей крепости далеко внизу вижу этих мошек, именуемых людьми! А на драконе… гм… то же самое, как если бы гора подо мной летала.
– Да, похоже. Так вот, я два дня тому пролетал над воинским станом наместника Долонца.
Одер хмурился, покряхтывал. Долонец успел собрать войска раньше и выступил раньше. Теперь он первый примет бой, и, если разобьет артан, вся слава победителя достанется этому прохвосту. А он, благородный Одер, оказался на второй линии обороны! И все лишь потому, что медленно собирались его вотчинники, обнаглели, слишком отпустил им вожжи.
Антланец проглотил большой кус, просипел:
– Так что, нам возвращаться?.. Не испробовав, как заточили свои мечи?
Иггельд ел мало, скупо, а сейчас вообще опустил на стол гусиное крыло. Лицо помрачнело.
– Не беспокойся, дядя, – сказал он невесело. – Придется испробовать.
– Хорошо, – сказал Антланец довольно.
Одер тоже повеселел, но спросил с настороженностью:
– А что случилось?.. Неужели Долонца разбили? Или оттеснили?
– Хуже, – бросил Иггельд.
Он ощипывал мясо тонкими волокнами, ел вяло.
– Не томи, – сказал Антланец.
Иггельд тяжело вздохнул:
– Я не томлю. Просто язык не поворачивается.
