Приговор воров

Он ведь и сам теперь принадлежал к банде Седого, а когда старый вор приказал долго жить, то Серый стал ходить под началом Пети Злого. На крупные дела Серый по молодости лет пока не ездил, а большую часть времени проводил в особняке, исполняя поручения типа «подай-принеси», кроме того, выполняя должность бессрочного сторожа.

В этот день, прогуливаясь по территории, Серый ощутил вдруг, что он жутко проголодался. Недолго думая, он зашел в столовую, решив перекусить, и увидел на столе большой трехслойный бутерброд, от которого откусили только один раз.

Серый взял бутерброд, в два счета умял его, потом приготовил себе еще два таких и употребил их тоже, короче говоря, за короткое время укомплектовался так, что решил посетить помещение, которое по странной прихоти архитектора, строившего этот дом, располагалось за стенкой.

Серый прошел в помещение, плотно прикрыл за собой дверь и только собрался щелкнуть желтым медным замочком, как дверь неожиданно распахнулась. Серый вякнул что-то от мгновенного испуга, но многого сказать не успел.

Вошедший быстро и резко припечатал сильной ладонью губы Серого и толкнул его на стульчак. Серый попытался было сопротивляться, но сделать ничего не смог – грохнулся, провалившись тощей задницей к влажному днищу унитаза, и замер в такой унизительной для каждого человека позе.

Вошедший – теперь Серый получше разглядел его – был человеком ярко выраженной азиатской внешности, невысокого роста, очень коренастым и – как уже Серый смог убедиться – удивительно сильным.

– Будешь орать – убью на месте, – тихим шепотом проговорил незнакомец, и в его глазах сверкнуло что-то такое, отчего Серый понял сразу и четко – убьет.

Незнакомец оторвал руку от губ Серого.

– Ты кто? – прохрипел Серый, пытаясь приподняться. – Ты знаешь, куда попал? Как ты сюда вообще попал?

Он сделал одно особенно резкое движение и уже почти было освободился из унитазного плена, но…

– Неважно, – сказал Рустам и вдруг, совсем не размахиваясь, ударил Серого под дых.

Удар вроде был совсем не сильным, но в глазах у парня мгновенно потемнело, а дыхание остановилось – будто кто-то жестокий вырвал из груди у Серого легкие и забил на их место шершавое сосновое полено.

Рустам спокойно стоял и ждал, пока Серый придет в себя.

– Вот так, – сказал Рустам. – Еще одно несогласованное со мной движение – и я тебе яйца оторву. И на шею намотаю. Понял?

– Я не хотел, – просипел Серый, когда к нему вернулась способность выражать мысли. – Я… пошевелился.