Приговор воров

– Если ты, падла, хоть одну царапину оставишь на ее теле, – четко выговорил Студент, – я из тебя змею вырежу…

– Очень трогательно…

Вероника Михайловна тихо застонала. Щукин опустил глаза – из-под скальпеля показалась крохотная капелька крови.

Студент посмотрел туда, куда смотрел Николай. Увидев кровь, он посерел, стиснул зубы.

– Я тебе сказал… – глухим надтреснутым голосом произнес он.

– Давай поговорим, – сказал Щукин. – Я тебе зла не сделаю. Просто уйду.

– Он записку взял! – взвизгнула Вероника Михайловна.

– Ах ты, гад! – тихо проговорил Студент, сузив глаза.

– Тихо всем! – вдруг довольно громко прошипел дед Паганини.

Он так и не закрыл дверь, стоял на пороге комнаты и напряженно вглядывался в темный коридор, по которому Щукин с Григорием добрались сюда.

– Там кто-то есть, – убежденно проговорил Паганини. – Кого вы за собой притащили? – спросил он, обернувшись к Григорию.

Григорий ответить не успел. Если вообще собирался отвечать. Темнота за пределами комнаты вдруг взорвалась воплями и раскатами выстрелов.

«Ну вот, – подумал Щукин, – час от часу не легче. Это братки нашли наконец крышку люка. Что-то они долго искали… Сейчас доберутся до этой комнаты – и тогда такое начнется…»

– Эх, говна-то сколько тут!! – грянул совсем рядом грубый голос.

Вслед за ним вылетел из темного коридора здоровенный детина с автоматом на груди.

Студент отнял от головы Григория револьвер и, почти не целясь, выстрелил детине в живот. Тот немедленно переломился пополам, привалился к стене и сполз по ней вниз.

– Первый, – совершенно спокойно констатировал дед Паганини.

Он подошел к умирающему бандиту и снял с него автомат. Передернул затвор и принялся полосовать очередями темноту коридора.

Студент удовлетворенно кивнул головой, услышав вопли и стоны раненых и умирающих бандитов, и снова приставил револьвер к голове Григория.

– Коля… – тоскливо позвал Григорий.

– Считаю до трех, – устало проговорил Студент, – не уберешь скальпель, прострелю ему голову.

– Да иди ты, – сказал Щукин, лихорадочно соображая, что ему делать.

«Что мне делать? – думал Щукин. – Он сейчас Григория застрелит. А потом меня. А если я брошу скальпель? Тогда сначала меня застрелит, а потом Григория. От перемены мест слагаемых сумма не изменяется. И так, и так нам – кранты…»

Щукин бережно убрал скальпель от груди Вероники Михайловны и швырнул его в угол.

– Отлично, – проговорил Студент, – а теперь поднимите руки.

Николай повиновался.