Прикосновение полуночи

Перед моими глазами все еще стояло изуродованное лицо Меланжель. Наверное, оно мне будет сниться в кошмарах.

– Я пересплю с Хафвин и с кем угодно, кто пожелает присоединиться ко мне, но не потому, что я люблю женщин, а потому, что я никого не хочу оставлять на милость Кела, если в моих силах их спасти. А теперь уведи Киерана к королеве и доложи ей о его преступлениях честно и точно.

Она ушла, и другие ушли вслед за ней, двое стражей несли все еще бессознательного лорда Инниса. За ним тянулась кровавая дорожка.

Айслинг опять накинул на голову золотистую вуаль. Порез у него на животе почти затянулся.

– Использование силы пошло тебе на пользу, – отметила я, все еще прячась на груди Холода.

– Мне пошло на пользу, что я переиграл Меланжель в ее собственную игру. А когда-то она была почти равна мне силой.

– Она потеряла большую часть себя, – сказал Холод.

– Ее звали Сладким Ядом...

Я хотела спросить, расстроен ли он поступком Меланжель. Волновало ли его, что женщина предпочла вырвать себе глаза, только бы не глядеть ему в лицо? Но я ничего не спросила.

Это я просила его применить свою силу. Ответственность лежала на мне. То, что я не предвидела последствий, меня не оправдывало. Нельзя использовать неизвестную тебе магию – именно потому, что в результате случается вот такое дерьмо. Я уткнулась лицом в грудь Холода, чтобы не смотреть на Айслинга, даже в вуали.

Айслинг засмеялся глубоким, красивым мужским смехом.

– А меня звали Прекрасным Ужасом.

По голосу было слышно, что он доволен собой.

Я хотела сказать, что не думала, что все так выйдет, но промолчала. Все равно это не оправдание.

Майор Уолтерс, полиция, криминалисты и медэксперт доктор Поласки обрушили на меня поток жалоб и упреков. Ноутбук не работает. Сотовые телефоны не работают. Никакое оборудование на батарейках не работает, даже сами батарейки не работают! И я ли это кричала недавно и почему я звала Галена?

Гламор позволяет скрыть множество грехов; у нас с Галеном у обоих хватило умения скрывать кровь.

Пока никто не вздумает хлопнуть кого-нибудь из нас по плечу и не обнаружит мокрую и липкую от крови одежду – мы в безопасности.

– Мы не знаем, что происходит здесь, в холме, с современной техникой. Мне очень жаль, что она не работает, – сказала я. Я бы очень хотела, чтобы они перестали орать все одновременно, но грубить им не стоило. Копы не любят, когда у них ни черта не выходит, особенно если только что на них взъелись из-за вас все местные фэбээровцы.