Прикосновение полуночи

– Ты хочешь меня таким способом, потому что не желаешь видеть меня своим королем? – тихо спросил Гален.

Я возмутилась было, а потом задумалась. Я не потому этого хотела, но последнее утверждение было правдой – или стало ею совсем недавно.

– Я хочу тебя так просто потому, что я тебя хочу, – сказала я.

– Я видел, как она занималась этим и с другим, не только с Мистралем. Ей это нравится, я бы сказал, – заявил Никка.

– С Шалфеем, ты имеешь в виду? – невесело спросил Гален. На лице у него, как всегда, были написаны все эмоции.

– Да, – подтвердила я, не зная, как его утешить. Так долго дуться было не в обычае Галена. Такое было прерогативой Холода.

– Шалфей, – протянул он, – еще один, кто не должен стать королем.

– Мы могли бы провести ночь экстаза, а ты все портишь дурацкими вопросами. Это на тебя не похоже.

– Да, это больше похоже на Холода.

Он произнес вслух мои мысли. Сегодня это удалось ему не в первый раз.

– Ты жалуешься на перепады его настроения, но любишь его все больше. Может, тебе нравятся сложности с мужчинами?

Я не знала, что на это сказать.

Почему влюбляешься в этого мужчину, а не в другого? Почему чье-то прикосновение бросает тебя в сладкую дрожь, а другое оставляет совершенно равнодушной? Тайна, загадка. Но я все же могла ответить ему чистой правдой:

– Я люблю тебя, Гален.

Он молча на меня смотрел.

– Может, я чуточку забыла, как сильно я тебя люблю, но сегодня... когда я увидела, как ты лежишь там...

Голос прервался, и мне пришлось зажмуриться, чтобы отогнать видение Галена в луже крови.

Никка погладил меня по ноге – чтобы успокоить, а не возбудить.

– Когда я увидела тебя в том коридоре, я думала, что умру от горя. Никогда больше не видеть твоей улыбки... – В глазах щипало, и я не знала, станет мне легче, если я заплачу, или наоборот.

Он прикоснулся к моей щеке, и я знала, что это он, даже не открывая глаз. Теплая, нежная ладонь. Я легла в нее щекой. И остро припомнила, как точно так же легла в ладонь Дойла несколькими часами раньше. Гален тогда подвел меня, не понял, почему я расплакалась из-за предательства Джиллета.

Но отдать Галена другой женщине, на ночи нежной любви – это одно; отдать его могиле – совсем другое. Такого мне не перенести.

Я открыла глаза и посмотрела ему в лицо. В эти зеленые-зеленые глаза.

– Ты плачешь, – с удивлением сказал он.

– Не совсем, – попыталась улыбнуться я, но голос был полон слез. Мне пришлось сглотнуть, чтобы продолжить. – Наверное, я отдалилась от тебя. Я этого не хотела.