Принадлежать им

Мы, не сговариваясь, поворачиваемся на Серого, увлеченно крутящего Дану по залу.

— Он присоединится чуть позже, все под контролем, — говорю я уверенно.

— Не вижу что-то, — ворчит Вопрос, но в этот момент ему начинают сыпаться смс.

Он смотрит, скролит их, потом возвращается к первой, потом — на меня.

— Ящер, все же… — шипит он, оскалившись, и дергается в сторону давнего соперника, но я торможу.

— Погоди.

Нахожу взглядом Серого, киваю.

Тот останавливается и идет к нам вместе с конфеткой.

Но Вопрос смотрит не на них.

А на Ящера, приближающегося к нам с другой стороны. Он идет впереди, за его спиной, по обе стороны, двое подчиненных, самые близкие, доверенные лица. И рожи у них такие, что лишний раз порадуешься, что оружие и прочие средства тут на входе изъяли. В том числе и море веселух, типа всяких жучков, и других интересных средств возможного будущего давления на гостей. Оставили лишь телефоны, потому как у нас тут не ментовка все же, а прием.

Вот только телефоны эти тоже прошли необходимое сканирование и признаны безопасными.

И сейчас Ящер идет с вопросами. Походу, тоже смс засыпало.

А вообще…

Прикольно звучит: с вопросами к Вопросу.

Мама бы оценила, она учителем литературы была.

_________________________________________

Уф... Дальше будет напряженно. Пока что посмотрим на Черного. Кстати, визуалы Вопроса и Ящера хотите?

54. Серый. Вещи, дороже...

К столику Вопроса, где с удобством и совершенно каменной физиономией расположился Артем, мы с Даной подходим одновременно с Ящером.

Выражение морды у того — самое людоедское.

Прямой признак, что игра началась.

Меня охватывает… не азарт, нет. Все давно просчитано, никакого сюрприза быть не может. Но что-то похожее на удовлетворение возникает, не спорю.

Это сродни тому, когда заканчиваешь партию в шахматы, выигрываешь у серьезного противника, у которого далеко не все ходы возможно просчитать.

Хоть какой-то шанс на неожиданность бытия, мать его.

К тому же, я сейчас на контрасте еще острее все ощущаю.

Потому что буквально пять минут назад я готов был убивать. Нереально близок к этому был.

Щенку Ящера сильно повезло, что брат у меня шустрый, когда это требуется. Иначе бы никаких переговоров не было. А вот перестрелка и похороны — были.

Тут прямо без вариантов.

Потому что в голове вообще ничего не осталось, кроме чистой холодной ярости, когда увидел, как щенок Ящера трогает моё.

В последнее время я просто охуеваю от своей реакции на Дану.