Пальцы Олли замерли в нескольких сантиметрах от стратегически важного места, словно испытывая мое терпение, а губы Йена между тем уже исследовали на чувствительность коленку и неумолимо поднимались все выше. Чувствительность оказалась на грани моего терпения, поэтому всхлипы после каждого горячего прикосновения сменялись судорожными вздохами, желание сжигало изнутри, с каждой секундой и новым поцелуем разгораясь все сильнее, срочно требуя утолить этот голод. А Темный, зараза такая, дразнил, блуждая пальцами по животу и бедрам, и не торопился приступать к главному.
Наклонился к моему запрокинутому лицу, нежно провел губами по полуоткрытым пересохшим губам и шепнул:
– Продолжать, Эрин?..
У-убью на фиг!!! Лихорадочно облизнулась и выдохнула, глядя на него со смесью раздражения и нетерпения:
– Да!..
Словно только и дожидаясь этого единственного слова, ладони Йена уверенно скользнули по бедрам, выше. Еще один головокружительный поцелуй Олли, и реальность вспыхнула тысячей звезд, я зажмурилась крепче, выгнувшись навстречу нежной ласке, по телу прокатился электрический разряд.
Мир мигнул и погас, оставив меня наедине с ощущениями и эмоциями, тело растворилось в нахлынувшем удовольствии, я словно со стороны услышала собственный протяжный хриплый стон:
– А-а-а-а-а-а!..
Еще какое-то время я пребывала между тем миром и этим, постепенно успокаиваясь. Когда меня перестали сотрясать волны удовольствия и я уже способна была воспринимать окружающее, вернулись и ощущения. Руки Оллера нежно удерживали за талию, а ладонь Йена лежала на бедре, и его пальцы тихонько поглаживали все еще ну очень чувствительную кожу.
Дернувшись, я открыла глаза и нервно облизнулась.
– С-светлый, руку убери, а, ради всего святого!..
Он сидел рядом, облокотившись на спинку дивана, и не сводил с меня задумчивого и одновременно довольного взгляда. Просьбу, однако, исполнил и ладонь убрал, а серебристые глаза медленно путешествовали по моему телу, не прикрытому уже ничем. Совсем некстати проснулась застенчивость – здрасте, давно не виделись, и где она была, спрашивается, когда я тут улетала в астрал от сумасшедших ласк двух искусителей?! – и мои руки метнулись к распахнувшимся краям рубашки.
Щекам, ушам и шее стало нестерпимо жарко, я вдруг осознала, в каком виде лежу тут, и едва не охнула в голос. Йен перехватил мои запястья, не дав осуществить намерение.
– Маленькая моя, ну что ты? – нежно так, аж дрожь по коже, и взгляд ласковый-ласковый и восхищенный. – Красавица…
Эм.
