— Я только попросил Любу посмотреть есть ли они на завтра. Когда я покупал свой, оставалось последнее место. Перед праздниками наблюдается повышенный ажиотаж на…
— Я же сказала тебе, что мне нужно закончить проект! Это важно для меня, понимаешь? Я пообещала Зейну, взяла на себя ответственность!
— Я понимаю, понимаю, — у него хватает наглости выставить вперед руки, будто общается с особо невменяемой пациенткой психоневрологического диспансера. — Я не принимал решение за тебя. Я просто попросил Любу проверить.
Произнося имя своей секретарши вздыхает так, что сразу становится понятно — по возвращении домой ее ждет выговор с занесением в личное дело.
Боюсь, коробочка фиников в шоколаде вряд ли это компенсирует, поэтому делаю себе мысленную пометку прихватить в дьюти-фри бутылочку ее любимого ликера.
— И зачем же ей заниматься такой бесполезной работой? — подозрительно прищуриваюсь.
— Птенчик…, — болезненно выдыхает максим. — Все должно было быть не так. Но все пошло наперекосяк.
Снова…
Он делает глубокий вдох и обессиленно облокачивается на стену, нехило приложившись при этом затылком. Но боли будто бы не замечает. Потирает виски и затравленно произносит:
— По моему плану, мы должны были провести прекрасный вечер в не менее прекрасных цветочных садах, достойных самого шейха. Потом мы бы поужинали на крыше небоскреба, с которого открывается потрясающий вид на весь город. По дороге в отель снова остановились бы на пляже, мы с Малинкой бы помочили ноги и обрызгали тебя с головы до ног.
Послушали, как ты визжишь и пытаешься от нас убежать…
Он не просто рассказывает, Максим будто просмотренный накануне фильм описывает.
Или скорее свою мечту.
— И мы бы с тобой говорили. Много-много. Я бы обязательно спросил у тебя как продвигается твой проект, предложил свою помощь и только после этого, — он делает многозначительную паузу, — попросил тебя подумать о том, чтобы перенести вылет на пораньше. Я понимаю, что это твое решение, Яра.
И я клянусь, что не собирался принимать его за тебя. Послезавтра у меня важная сделка. К сожалению, я не могу ее пропустить. Никак. Дело даже не в том, что я упущу выгодный контракт и, соответственно, потеряю огромные деньги. Дело в том, что я подведу очень многих людей.
— А я подведу Зейна, — выдыхаю отрывисто. — Два дня ничего не изменят, Максим. Возвращайся домой завтра, а мы прилетим чуть позже.
— Два дня это целая вечность! — Восклицает он.
