– Почему пьешь, Мэри?
Вдруг задает вопрос и у меня чуть челюсть не отвисает, неужели понял, прочувствовал меня?!
Отмахиваюсь и включаю стерву.
– Гринвуд, ты что, решил заделаться психологом?! Твои хамоватые фразы как-то не вяжутся, не находишь?!
Брови смыкаются на переносице. Не нравится. Потерпит. Не маленький. Мне тоже не очень приятно слышать его грязные словечки.
Хотя, вру. В его устах эти слова становятся чувственными и порочными, заставляют трусики увлажняться, а в самом сокровенном местечке ощущается пустота, которую может заполнить только этот горячий мужчина.
– Кусаешься, потому что знаешь, что не отвечу. Ты ведь чувствуешь себя со мной в безопасности, не ждешь удара. Только я умею наказывать, Машенька. Выстанывать заставлю за каждое слово, брошенное с такой небрежностью. Будешь боль с наслаждением путать.
Закусываю губу. В принципе, я уже поняла, что он имеет определённые познания. Надо ведь знать, куда бить, чтобы укладывать противника на лопатки.
И мне бы заткнуться и прислушаться к дельному совету, ведь, в принципе, я понимаю, что Джокер прав…
И вообще я не пью.
Вот совсем трезвенница, просто… все из-за него! Из-за той неразберихи, которую этот несносный, грубый мужчина поселил в моей душе, приведя все в состояние апокалипсиса.
Только я тоже без тормозов и продолжаю цапаться:
– Человеческое тело – огромный сгусток нервных окончаний. Те же рецепторы могут откликаться как на боль, так и на приятные импульсы. Все дело в мозговых долях. Хочешь послушать лекцию по анатомии от будущего врача?
Прищуривается и в свинцовых глазах проскальзывают веселые искорки.
Я что, забавляю этого психа?!
Мне становится как-то совсем не по себе и выпитое узлом сворачивается в желудке. Смотрю в надменное, наглое лицо простого парня из низов и чувствую, что он огромная гора и даже не в мышцах и силе, которой пропитано каждое его движение, дело. В нем есть характер. Бешеный драйв."
"А еще прямо сейчас меня безумно тянет к этому мужчине. Понимаю, что пора заканчивать дискуссию, о чем и спешу сообщить.
– Не стоит больше продолжать, Фил.
Ухмыляется нагло.
– Очень даже стоит. Знала бы, как именно у меня сейчас стоит…
Чуть не давлюсь. Откашливаюсь. И в шоке смотрю в стальные глаза.
Я правда сейчас это услышала?!
Больше нет бешеного холодного взгляда. На краткую долю передо мной проявляется незнакомый Гринвуд, которого я явно чем-то веселю.
– Ты похожа на грозного маленького хомячка, хотя нет, на белку.
