И к своему ужасу я действительно взрываюсь, меня выкидывает от наслаждения. Умелые пальцы выбивают меня из реальности, заставляют все тело содрогнуться.
– Мне нравится, как ты закатываешь глаза, когда тебя накрывает.
Прихожу в себя и вижу, как резким движением водит по выпущенному на волю огромному члену, который в ответ на это только увеличивается, вены взбухают, прокачивая кровь, и головка становится темнее, смазка сочится на пальцы, и он ее по стволу размазывает.
Смотрю на эту махину и каменею. Тело покрывается испариной.
Гринвуд огромен.
– Что вылупилась, у твоего задохлика в разы меньше хер был, так?
Вскрикиваю, когда подмигивает и шлепает своим орудием по моему подрагивающему животу и заставляет заледенеть от страха.
Раздвигает мне ноги, заставляет согнуть в коленях и рассматривает меня.
– Член жжет только от вида мокрой киски, – его голос дерет меня в клочья. Заставляет всю взвиться.
Опять проводит по все еще пульсирующему клитору и подносит руку к носу, втягивает запах, как животное, затем слизывает мой сок с пальцев.
И я застываю от этого жеста. От порочности и красоты мужчины.
Смотрит мне в глаза, и я гулко сглатываю от того безумия, которое вижу на самом дне острых графитов.
– Еб*ть буду жестко. Не сдержусь. Потом на второй круг пойдем и постараюсь растянуть тебя уже нежнее.
– Фил, – шепчу, срываясь в странную истому, тело простреливает импульсом.
Заставляя раскрыться до предела, еще шире разводит мои ноги собой. Ловит затуманенный похотью взгляд. Берет в плен графитового омута и целует сильно, так, как умеет только он.
Насилует мой рот, заставляет терять сознание от эйфории, которая растекается по всему телу и ощущается небывалым приливом влаги между бедрами.
В какой-то момент ощущаю огненную пульсирующую головку у самого входа, но Фил не спешит рвать меня своей дубиной, замирает, наслаждается мной, надавливает, растягивая вход.
Горячие пальцы ощущаются везде, он оплетает меня всю. Теряюсь в его мощном теле, трусь сосками о его горячую кожу. Он – сталь, обмотанная бархатом.
Его язык во всю орудует у меня во рту, всасывает, вылизывает меня всю, как острием проходится по губам.
И в этот момент меня ослепляет от сильного удара, мычу в его рот, кричу на самом деле со всей силы, но выходят всхлипы, пропитанные адской болью. Меня сажают на каленое железо, которое резко, с размаху заполняет нутро и останавливается. Словно таран замирает. Кажется, что в меня снаряд врезался, разорвав внутренности и залив все кислотой.
