Так значит, обрадовалась она, Штефан собирается принимать ванну прямо здесь, в каюте, а она будет отправлена куда-нибудь на это время! Вне сомнения, ее будут сопровождать, но это не важно. Главное — появится неожиданная возможность совершить задуманное. Итак, она пойдет по палубе.., надо держаться поближе к поручням.., и тогда…"
"Пока готовилась ванна, Штефан подошел к Тане и придирчиво оглядел ее с ног до головы. Потом протянул руку, чтобы застегнуть последнюю пуговицу жилета, про которую она впопыхах забыла. Девушка было отпрянула, но тут же вспомнила, что собралась быть покладистой.
«Что бы такое сказать?» — напряженно думала она.
— Я видела столько разной одежды в том чемодане, — сказала она наконец, — неужели это все твое? Может, надо было заглянуть в другой?
— Зачем? В другом чемодане тоже все мои вещи. А что особенного? Я привык.
— Так мне надо благодарить тебя за то, что я надела?
— Можно, — Но зачем тебе столько вещей? — не переставала поражаться Таня.
— Да так. В основном это то, что я не могу надеть в этой стране: буду выглядеть подозрительно богато.
Вообще-то тот чемодан должен был остаться в Новом Орлеане, на нашем корабле. Но у Иошки свои представления о том, как надо путешествовать. Он считает, что все вещи надо всегда держать при себе.
— А что, разве в твоей стране одеваются по-другому?
— Не только в Кардинии, но и в Европе вообще больше следят за модой и не стесняются роскоши в одежде. Знатные люди должны выглядеть соответственно статусу.
«Господи, удержи мой язык!» — подумала Таня, услышав новые намеки на ту же легенду о королях и знати.
— Понятно. Вернее, не очень. Ты хочешь сказать, что у тебя есть титул?
— Да.
— А у остальных?
— Тоже.
— Вы не похожи на знатных господ… Так друг с другом обращаетесь.
— Дело в том, что в Кардинии король выбирает себе приближенных из знати. Случается так, что избранные оказываются его друзьями детства.
— А каков твой титул?
— Если я скажу — граф, ты поверишь?
Она вообще ничему не верила, но в ответ пожала плечами и сказала:
— Теперь меня разбирает любопытство — что в другом чемодане? , — Из любопытства ты и останешься с нами, — усмехнулся Штефан.
У Тани даже дыхание перехватило — разве можно променять свободу на любопытство? Он просто дразнит ее. Но она промолчала, хотя могла бы многое сказать. У Штефана благодушное настроение, пусть будет таким. Она не станет спорить, пока, слава Богу, все идет гладко. Теперь пора перейти к главному козырю в ее будущей игре.
