Принц криминальной империи

То есть, мне нравится, как он это делает. Но когда злится, порка — такое себе удовольствие. Правда, потом Артур зализывает саднящую кожу и трахает меня так, что потом еще пару часов я могу передвигаться только на четвереньках.

— Артур, ты не понимаешь. Просто… мне так хочется, ясно?

— Серафима, подойди, — строго произносит он. — Не дожидайся, пока я встану.

Сглотнув, медленно двигаюсь в направлении мужа, словно подкрадываюсь к дикому зверю. Есть риск, что разорвет. Точно есть, я уже знаю. Сладенько и вкусно, но разорвет.

Как только оказываюсь неподалеку, Артур хватает меня за край своей рубашки, в которую я одета, и резко дергает на себя. Лечу на него, даже не сопротивляясь. Судя по всему, этот бой проигран. Хотя…

Артур буквально роняет меня на свои колени и одной рукой сжимает щеки.

— Ты сравнил меня с шалавой, — бубню и стреляю в него таким взглядом, что, будь на его месте кто-то другой, уже превратился бы в горстку пепла.

— Я сказал, что юбка, которую ты купила, тебе не подходит. И что ты можешь носить ее, но только дома, потому что ты — моя маленькая персональная шлюшка. А параллель с шалавой ты уже провела сама.

— Тебе не нравится, когда я называю тебя своей шлюхой? Если не нравится, я больше…

— Не в этом дело! — перебиваю его. — А то ты сейчас скажешь, что больше не будешь так называть.

Дую губы, в которые Артур, улыбнувшись, чмокает меня. Я ощущаю соленую влагу его пота на губах.

— Тогда в чем дело, малышка? — ласково спрашивает он и отпускает мои щеки.

— В том, что ты не даешь мне надеть эту юбку.

— Сима, — вздыхает он и поглаживает второй рукой мою спину. — Если бы я был там с тобой, вообще без проблем. Но я поеду в другое место. Ты останешься одна среди шакалов, которые будут пытаться под эту юбку заглянуть. Да им, блядь, даже толком наклоняться не придется! — психует он.

— Я буду не одна! А в компании девочек!

— Девочек, которые будут выглядеть примерно так же, как ты.

Психанув, дергаюсь, чтобы встать. Но муж не дает. Резко крутанув, укладывает животом на свои колени.

— Значит, придется выбить из тебя эту дурь, а потом вытрахать, чтобы вообще не осталось сил пойти на девичник.

— Артур! — вскрикиваю, но он уже задирает рубашку.

Спустя три часа я на все еще трясущихся ногах выхожу из спальни. Красивая, в роскошном платье.