Принц криминальной империи

Складывает на тумбочке оба наши пистолета и тянет из-под меня одеяло.

— Давай, забирайся под него.

Как только заворачиваюсь в одеяло, Артур ложится за моей спиной и обвивает меня своими большими руками. Я судорожно вздыхаю.

— Зачем они приезжали? — спрашиваю.

— Доложить об изменениях.

— А о моей семье что-то известно?

— Пока все по-прежнему. Если что-то произойдет, я скажу. Спи, малыш.

— Блин, я теперь как кролик под наркотой. Меня всю трясет, а внутри будто блендер поставили.

— Тише, малыш, я рядом. — Артур целует мои волосы.

Руку, которой обнимает меня, поднимает выше, а ладонь кладет на щеку и большим пальцем ласково гладит кожу. — Я не позволю ничему плохому случиться с тобой, поняла?

— А если они убьют тебя?

— Главное, чтобы за это время ты успела убежать или спрятаться.

— Мне кажется, я не переживу твою потерю, — шепчу, постепенно успокаиваясь.

— Я не собираюсь умирать, если ты об этом.

— Ладно, — отвечаю с тяжелым вздохом.

Просыпаюсь ближе к обеду. Спала я на удивление сладко и крепко.

Видимо, все пережитое наложило отпечаток, и моя нервная система, не выдержав напряжения, все же вырубила меня.

Первое, что я делаю, — проверяю телефон. Там не то что одно деление на антенне, там антенна просто сдохла и покрылась пылью.

Сажусь на кровати и смотрю на вторую ее половину, на которой спал Артур. С улицы доносится какой-то грохот. Поднявшись с кровати, топаю к окну и раздвигаю шторы. Щурюсь от дневного света, пробивающегося через деревья. В таком густом лесу не так много солнца.

Отодвигаю тонкий тюль и рассматриваю Артура, который рубит дрова в одних джинсах. На его торсе блестят капельки пота, сверкая в лучах света. Залипаю на этом зрелище. Ему бы еще бороду — и брутальный секси-дровосек готов.

Выпрямившись, Артур тянется к заднему карману и достает свисающее оттуда тонкое полотенце, после чего вытирает лоб и шею. Потом садится на пенек, на котором рубил дрова, и закуривает. Прикрыв глаза, медленно, спокойно курит, а я с интересом разглядываю его.

В памяти всплывает вчерашняя ночь, и я непроизвольно вздрагиваю.

А потом события с выстрелом уходят на второй план, когда вспоминаю, что вчера лишилась девственности. И не с каким-нибудь мамкиным бруталом, а с Артуром.

С Артуром, черт побери!

Прикладываю ладони к вспыхнувшим щекам. Кто бы мог подумать, что именно ему я отдам свою невинность? Я же так грезила его другом Германом! Он казался мне идеалом мужчины. Галантный, общительный, собранный. А Артур… Он пугал.