Как бы хотелось мне верить, что мама в этом не замешана, но ее переписка, звонки и услышанная часть разговора утверждали обратное."
"“Мы так не договаривались! Ты зачем это в широкие массы выпустила?! Ты должна была для меня раскопать, в частном порядке! Что? Какие тебе еще сто пятьдесят тысяч, подруга? Ты там с дуба ебнулась?! Ах ты… Стерва! Использовала меня… Ты на этом имя решила сделать, проститутка от журналистики! Ах ты шкура продажная, мразь!”
Зачем? Зачем она так поступила?
Не выдержав, вышел, стрельнул у Полкана сигарет.
Раевский вышел со мной покурить, но перед тем, как протянул пачку сигарет, сказал строго:
— Ты же вроде спортсмен.
— Уже давно не профессионал, любитель.
— Минздрав предупреждает…
— В курсе, дядь Саш, в курсе. Только никто не предупреждает, что жить тоже опасно, а разочарования на каждом шагу подстерегают. Как же так, дядь Саш? — выдохнул горький дым.
— Поругался с Ниной?
— Думаете, это я ее до приступа довел? Ничего подобного! Сама накуролесила чего-то и то ли испугалась последствий, то ли заиграла совесть, черт ее разберет! Одного понять не могу, дядь Саш.
—Ну?
— Мама к вам за нужной информацией всегда бегала.
— Да, есть такое.
— Почему в этот раз пустилась другим путем, к вам подходила?
Настала очередь Полкана смущенно потереть выбритый до синевы подбородок.
— Было дело. Позвонила мне Тоня, вся такая в духе, поговорить надо. Я решил подсуетиться, организовал вечер для двоих. Она пришла и сразу — к делу! Я попытался обратить ее внимание на обстановку, цветы, живую музыку и столик для двоих, в зале никого, кроме нас, ну… Мало ли, времени после смерти твоего отца, на мой взгляд, прошло достаточно, но это же Антонина, она всегда печется, чтобы репутация не пострадала… В общем, намекнул… крепко так.
Она, услышав это, вспылила. Говорит, у нее семья катится по наклонной, очередная катастрофа, только теперь шлюхи уже на сына покушаются, мол, не до романтической чуши, стыдно, старый, хлопнула рюмку коньяка и ускакала сердито! А что стряслось?
— Стряслось то, дядь Саш, что мама за информацией пошла к подружке детства, Широковой, и та, похоже, расстаралась в лучшем духе желтых газетенок, еще в обход мамы.
Мама же как считает: договоренности святы, и если она что-то покупает или заказывает, имеет право контролировать от и до. Вот только не все с этим согласны, дядь Саш.
— Так что узнать надо было?
— Думаю, будете ли вы адекватны или играть в команде мамы?
— Я всегда за факты, — поднял подбородок повыше.
