— Но если в этом сомневаешься, можешь воспользоваться услугами частного детектива, дам тебе номер телефона, позвонишь, скажешь, что от меня. Я его предупрежу, сделает в лучшем виде. Ну, чего стоишь? Записывай-записывай. Человек в органах всю жизнь проработал, теперь в частную практику перешел, копает эффективно, качественно и, самое главное, быстро. Пока мы по своим официальным каналам пробьем… любимая бюрократия-матушка недели сожрет и не заметит!
Поговорили с Раевским еще немного. Чисто по-человечески мне было его жалко: он полюбил не того человека, то бишь мою маму, а она вышла замуж за его друга, пока Полкан служил… Раевский до сих пор холост, водятся у него бабенки разные, мужчина он видный, но стоит только Антонине на горизонте с просьбой появиться, как от тех бабенок ни следа не остается, а Раевский принимает стойку “смирно” в ожидании, что хоть сейчас что-то получится…
А мама… Ну что, мама?
Вышла замуж за более перспективного, так настояли родители, быстро детишек завела и была всю жизнь горой за семью, за мужа… Может быть, и не стоило? Марфа-то права, папа мой бляданул немного, может, и не немного, кто ж его знает? Клялся, что всего один раз было, но можно ли верить?
Теперь вроде все благоволит, но я знаю, знаю эти мыслишки мамы: “А что подумают люди? А куда нам на старость лет? Только позориться, Раевский!”
Слышал, знаю…
Вернулся в больницу, там ждали хорошие новости: операция прошла успешно, мама будет пока в реанимации, если все хорошо, завтра переведут в обычную палату.
Пускать отказались! Ну и ладно, жива и слава богу! Первая операция за шестьдесят с небольшим лет, выкарабкается!
Телефон тренькнул сообщением:
“Хер тебе, а не дозвон, Дубинин.
Маме привет. Пусть запасется валидолом напару со своей подружкой, акулой пера. Мы всех лицемерных сучек выпотрошим в суде за вмешательство в частную жизнь, клевету и подкуп! Чао, амиго!”
У меня глаза на лоб полезли: это что такое?! Марфа написала?
Она, конечно, бывает острой на язык, но чтобы настолько…
Непохоже!
Глава 42
Глава 42
Марфа"
"Первой звонить Дубинину не хотелось.
Вот еще! С подачи его мамы, уверена, на меня ушат грязи вылили, а еще отчитываться перед этой семейкой должна, что ли?! Вот еще!
— Я выйду на свежий воздух, девочки! — схватила куртку и выбежала.
В домашних тапочках, тонких-тонких, в одной пижаме.
На улице так свежо, легкие на разрыв от приступа кислорода. Я сделала несколько кругов вокруг домика, заглядывая в окна Сенечка спорила о чем-то с Виолой в гостиной.
