Притворись моей любовью

В камеру, гордо подняв голову, в непривычном длинном балахоне, затканном золотом, вошёл Ирлайт.

Я села, расправила плечи, хоть далось мне это нелегко. Ирлайт откинул капюшон, и при свете дня стало хорошо заметно, что под глазом у него красуется синяк. Он уже желтел, но всё ещё явно выделялся на лице.

Ирлайт заметил мой взгляд, дотронулся до скулы, и его передёрнуло от отвращения. Догадка пронзила меня.

— Подарок от демона?

Мои губы потрескались и болели, но я всё равно улыбнулась, откровенно и с издёвкой. Ирлайт не ответил, лишь нервно дёрнулся.

Значит, я права.

— Почему ты попрала всё, чем живут фейри? — заговорил он после долгого молчания.

— Это не так. Богиня-природа учит нас, что гармония — вот истинная ценность. И что, как не любовь, воплощение гармонии?

— Не играй словами, Лайон! — взревел Ирлайт. — Фейри и демон! Какая любовь? Ты — всего лишь глупая дурная овца, клюнувшая на сладкие речи врага. Что он тебе пообещал?

Я расхохоталась и посмотрела прямо в глаза Конлету.

— Доментиан обещал избавить меня от навязанного брака.

От тебя, Ирлайт. — И я верю, он сдержит своё слово.

— Он труп, Лайон, — хмыкнул Ирлайт. — Он там, где ему место: гниёт в тех проклятых развалинах.

У меня сжалось сердце, до боли, до крика. Слова Ирлайта, будто родившиеся из отчаяния самые чёрные и тяжёлые облака, заволокли душу. Но серебристый свет надежды вдруг развеял эти тучи.

— Нет… — прошептала я и замотала головой. — Знаю, верю, чувствую. Он жив.

По лицу Ирлайта пробежала конвульсия.

— Ты сумасшедшая, — прошипел он.

— Но это тебя не оправдывает. Я даже рад. Да, рад! Трудно найти отступника, того, кто заслуживает настоящего гнева Богини. Но ею оказалась ты. Ты, моя паршивая невеста! И теперь твоя кровь принесёт нам благо! — Он поднял руки в молитвенном жесте. — Богиня примет жертву и дарует нам мощь её гневного пламени, и тогда… тогда я обрету силу, чтобы истребить врагов!

Ирлайт истерично рассмеялся. Мне стало жутко. Гнев, кровь, истребить — это не путь фейри, не наше предназначение.

— Есть только одна богиня — Мать-природа, и она учит любить, а не убивать, — тихо возразила я.

— Нет, жрецы обманывают нас! — Ирлайт так резко развернулся, что полы балахона взметнулись. — Мы забыли истинную веру, и настоящая Богиня покинула нас. Но я верну её милость! И все будут знать моё имя. Фейри станут могущественной империей. Враги подчинятся моему имени или мечу в моей руке.

— Ирлайт, ты нашёл смутное предание, поверил и других тащишь за собой.