Притворись моей любовью

Ты как ребёнок, брошенный и непризнанный, не нужный своей семье, ищешь защиты у сказки.

— Давно такая умная?

— Мне есть у кого поучиться, — ответила я, вспомнив, как Доментиан доводил меня подобными умозаключениями, особенно когда говорил спокойным тоном.

— Последний шанс тебе раскаяться. Откажись от него, он бы отказался. Откажись, тогда обещаю, смерть будет лёгкой. Откажись, и я буду оплакивать твою загубленную душу.

— Оплакивай свою, Ирлайт. В моей — любовь. В твоей — ненависть. Когда-то Доментиан сказал, что фейри и демоны не сильно-то и отличаются.

Ирлайт в мгновение ока подскочил ко мне, наотмашь ударил по лицу. Я не усидела, свалилась на камни, едва не взвыв от боли.

— Как ты смеешь сравнивать меня с ним? Пришло твоё время. Молись, Лайон. Заката ты уже не увидишь.

Он схватил меня за волосы, заставляя подняться на ноги, поволок прочь из камеры. Ирлайт шёл так быстро! Всё, что я могла, — пытаться не упасть. Он вытащил меня в длинный тёмный коридор.

— Это станет уроком для таких как ты! — орал Ирлайт, дёргал за волосы, чуть не ломая мне шею. — Ты думала, жизнь проста?! Что жизнь сказка?! Получай, что заслужила. Тебе нет прощения!

Он протащил меня вперёд, выпихнул в большой освещённый огнями зал, полный фейри. Тычками Ирлайт заставил бежать до стены справа. Он пнул меня в спину, и я упала на каменную плиту, испещрённую высеченными знаками. Ладони, колени ободрались о щербатый камень, но я почти не чувствовала боли.

Над головой терялся во мраке красно-коричневый свод, а на стенах бледно мерцали рисунки, изображающие Бальбиэн. Где мы? В храме? Но у нашей богини нет храмов… Я подползла к стене, лишь бы быть подальше от фейри, но сразу же отпрянула: там в узких нишах лежали истлевшие, покрытые кожей чёрные останки.

Взвинченный, хоть и хотел казаться величественным, Ирлайт накинул капюшон и вступил на плиту. Фейри в похожих балахонах, только из простой ткани, придвинулись ближе.

Ирлайт протянул руку, и один из фейри с поклоном вложил в его ладонь нож, блеснувший смертоносной сталью.

Ирлайт крепко сжал нож.

Из тёмного закутка вышел фейри, совсем молодой, потянул за собой на верёвке безропотную мави, и её копытца гулко застучали по каменному полу. Мави втащили на плиту.