Притворись моей любовью

Ага, фейри заинтересовалась, как зачарованная смотрит. Любит блестяшки? Как все женщины. А если добавить эффектов? Я прошептал заклинание, один из пузырей поплыл к Урлах-Тору, завис над ним и с громким «бам!» лопнул. Блёстки посыпались на ректора, а голос превратился в писк. Совсем другое дело: все вокруг ожили — кроме Галгалеи, разумеется, — заулыбались, заиграли, как дети.

Откуда ни возьмись, появились мурлоксы. Они самозабвенно охотились за пузырями, нарушая и без того сомнительный порядок. Я с любопытством взглянул на Элкатара.

Ну что, фиолетовый, рискнёшь этикетом и протоколом, начнёшь их собирать? Конечно, нет. Дроу слишком дорожат церемониалом и впечатлением, которое они производят.

В толпе поднялся неясный гул, а потом и смех. «Голая!» «Смотрите, смотрите!» «Ну и шуточки!» Одна из девиц оказалась стоящей без платья, в своеобразном нижнем белье, которое больше напоминало скромные лоскутки ткани и совсем не скрывало природных богатств студентки. Тут на похоронах всегда так? Чудесный сюрприз испортил МакКоллин: метнулся к девушке и укрыл своим сюртуком.

Ну вот, похороны только налаживаться стали. Кто его просил портить представление?

Комендант через пару минут смог усмирить толпу, и ректор снова принялся за речь. Бесконечную, бесконечную речь... Где, в конце концов, Кадум? Я только ради него сюда явился. Найду — припомню. Я уже продумывал планы отхода, как слух уловил знакомые визгливые интонации:

— Что тут происходит?! Я всех уволю! Что за балаган вы тут устроили?!

Пара шагов в сторону, и я смог лицезреть, как призрак Галгалеи сидит в гробу и рассматривает собственный труп.

Я готов был зааплодировать. Беру свои слова обратно, замечательно, что я пришёл. Давненько я не был на таких забавных похоронах.

— О демоны, — провозгласил Урлах-Тор пискляво. — Моя Галгалея.

Опять я виноват. Но нет, в этот раз я ни при чём. Сам удивляюсь.

Камнегрыз очнулся первым, раскричался, чтобы кто-нибудь отвлёк внимание от гроба и призрака. Ну это просто праздник! Я бы мог Мымру упокоить и развеять, но не стал: я же не дурак такого развлечения лишаться.

Просто сложил руки на груди и стал ждать.

Ждать пришлось недолго. Один из студентов, рослый маг из боевиков, бросился к знакомой преподавательнице — симпатяшке-оборотняшке — и вытянул её из толпы.

— Согласна ли ты стать моей женой?

Предложение руки и сердца на похоронах! Какая романтика! Браво!

Ректор, казалось, собрался потерять сознание и больше никогда его не находить.