Притворись моей женой

Глядя, как вы, словно в старые добрые времена, пытаетесь друг друга уесть, щеголяете передо мной своими… жёнами! Ха-ха-ха!

Охренеть! Бабуля Марта прибивает меня к месту гвоздями, а чтобы добить совершенно, говорит, лукаво глядя на меня:

– Я надеюсь, что ты не считаешь меня выжившей из ума старой идиоткой?

– Бля… – выдыхаю я и не знаю, куда деться от стыда, – надеюсь, ты не шлёпнешь меня по губам за враньё.

– Тебя уже поздно шлёпать, милый. Tu es le plus grand petit menteur que j'ai jamais rencontre.

– Извини, ба… Но я ничего не понял, – развожу я руками.

– Ты самый большой маленький лжец, которого я встречала, – с улыбкой говорит бабуля. – Ох, я даже не представляла, во что выльется моя маленькая оговорка о наследстве. Вы так активизировались!

– Бабуля, прекрати, – взмолился я, – я сейчас сгорю от стыда и провалюсь сквозь землю!

– Ой, да ладно! – машет ладошкой бабуля Марта. – Не принимай на свой счёт, милый. Ты-то довольно часто навещаешь меня. Даже тогда, когда о наследстве и слова ещё не было сказано.

Поздравляешь со всеми праздниками и помнишь, что я люблю ирисы. Спасибо за доставку букета, которую заказал мне на Новый Год. Charmant!..

– Бабуля, извини. Чёрт… Я завтра же улечу обратно в Россию. Таня была права. Это было низко и подло с нашей стороны…

Сегодня – день моих поражений. Одно за другим. Так стыдно мне не было ещё ни разу. Я упираюсь локтями в стол и отворачиваю полыхающее лицо. Как маленький, ей-богу. Горят даже уши!

– О, прекрати! Не принимай близко к сердцу.

Ваша маленькая авантюра меня изрядно позабавила и разнообразила мою жизнь. Веришь или нет, но даже у богатых старых кошёлок вроде меня не так уж много настоящих развлечений. И не надо заниматься самоедством. Я же тебя знаю. У тебя сердце лёгкое и отходчивое, безобидное. Загорелся идеей, попытался, не получилось, перешагнул через неудачу и пытаешься ещё раз… Именно поэтому у тебя всё получается.

– Да вот, оказывается, что не всё, бабуля, – усмехнулся я.

– И поэтому ты раскис? Не узнаю тебя! Хочешь? Бери, борись, кричи, делай, что угодно, но только не сиди, как унылая клякса! Не позорь имя и репутацию Власовых, в конце концов! – строго добавила бабуля. – Это позволительно только Елисею. Он-то у нас Власов постольку-поскольку…

– Спасибо, бабуля. Чёрт! – я откидываюсь на спинку кресла. – У меня будто камень с души свалился.

– Я рада, только не расслабляйся, милый, окончательно. Не то упустишь своё счастье.