Приверженная

— Крис! — радостно воскликнул то, делая шаг вперед. Затем стушевался и замер, неловко засунув руки в карманы. Его взгляд упал на мой живот и тот усмехнулся. — А ты выросла…

— Как видишь. — не знаю, почему мой голос был таким холодным. Причин могло быть море! Во-первых, я все еще помнила Влада, как засранца. Во-вторых, больше не верила людям. Ну и, в-третьих, слишком уж странно он снова вторгся в мою жизнь… Это просто не могла быть случайность!

По инерции сжав пальцы на нервах, я только сильнее схватилась за руку Кирилла.

Он воспринял это, как сигнал и прижал меня сильнее к себе, делая шаг перед. Теперь громоздкое тело Шакала словно стало между нами со старым знакомым, делая для меня защиту от всего на свете.

Влад заметил это и снова натянул кривую улыбку, чтобы прошипеть сквозь зубы:

— И устроилась хорошо. Все как ты хотела, правда?

Его эмоции словно всколыхнули во мне лавину воспоминаний. Грязным, черных, предательских… И пусть сейчас Влад делал вид, что изменился, стал добрее и человечнее, я все равно помнила его другим.

— Я против того, чтобы ты жил в одном доме со мной и Лизой. — выпалила я вместо ответа, а затем покраснела, ведь наверняка слова звучали, как мой страх. Так что высоко подняв подбородок, решила срочно исправить ситуацию. — Лиза — моя сиделка. Ей платят за круглосуточный присмотр. Зачем ей ты?

— Что?! — потерев виски, Влад проморгался, словно впервые меня увидел. Ответ стал для него не просто неожиданностью, но еще и шоком. Он что-то невнятно тараторил, торговался и причитал… — Но мы ведь семья, должны быть вместе.

Ты разрушаешь наш брак.

Повернувшись к Шакалову, я намеренно громко отчеканила:

— Кирилл, Лиза сама приняла решение устроиться на работу, с такими условиями?

— Да, — серьезно ответил тот, словно только и ожидая этого вопроса. — Ее резюме было отобрано среди полусотни других. Она подписала контракт на год.

Повернувшись к Владу, я вопросительно изогнула бровь, и чтобы поскорее закончить этот странный разговор, протянула:

— Вот. Мы не заставляли ее работать.

Данный график она выбрала сама. Так что была рада видится, но нам пора…

Кивнув парню, я попыталась улыбнуться, но не смогла. Слишком уж озлобленным было его лицо. Даже мурашки появились на спине! Он гневно выплюнул на асфальт, совсем не приятельски вытер сопливый нос рукавом крутки и скривившись, выплюнул:

— Как была бесчувственной и фригидной, так и осталась.

Каждой фиброй души я ощутила, как напрягся Шакалов. Словно перешел из режима ожидания, в боевой.