Привет, моя Аварийная

А как тогда?

Сломать в себе все это — моё, и цинично трахаться с чужим? Со своей мстительной ухмылкой на лице. Кончать для него?

Сука! — зажмуриваюсь я. — Как мучительно это всё!

Месяц, бл*ть, Яна, месяц! Ты что, не понимаешь, как я тут?… Что я сдыхаю тут уже месяц?! Жестокая, принципиальная дрянь!! Иди к черту…

— Пиши… — слегка толкает под руку Тери.

«Дрянь! Иди к черту…»

Доставлено.

Просмотрено.

Просмотрено!!!

Пока первая надпись меняется на вторую, я практически чувствую ее рядом — взгляд и присутствие.

Ответь, пожалуйста… — срывается мое дыхание. — Что угодно… Мне плохо очень.

— Да ты что, Арчи! — психует обычно сдержанный Тери, заглядывая в телефон. — Ты чего написал?!

Да какая разница — что?! Пусть ответит хоть что-нибудь. Хоть что-нибудь пусть ответит! Давай, Авария… Напиши мне, как ты «ненавидишь» меня, «придурка». Просто ответь.

НИ-ЧЕ-ГО.

Гарик перехватывает мою руку с телефоном, заглядывая в экран.

— Арчи!

— Отвалите.

Что угодно! Пусть огрызается, обзывается, ругается… Но пусть ответит!

Давай, Авария! Сколько можно на меня злиться? Ты же всегда прощала меня мгновенно, сразу после «ответочки». Я выхватил. Пиши. Пиши…

«Яна… Пожалуйста…» — сдаюсь я.

И меня скручивает от боли. Моя ненависть на секунду отключается, и мне хочется выть. Сжимаю губы, чтобы не делать этого вслух.

Месяц…

Да за что?!

Развод…

Что я сделал такого?!

Не доставлено… Не доставлено?

Я в черном списке.

— Заблокирован, — выдыхаю я медленно. — Кипиш, дай свой.

Протягивает.

Быстро вбиваю номер, делаю дозвон.

— Да? — меня сносит от ее голоса, горло сводит, не могу выдавить ни слова.

Так, что там нужно говорить? Я не думал об этом… я не хочу говорить с ней, не могу! Пусть просто молча вернется домой.

Ничего не буду предъявлять. Клянусь. Просто пусть ляжет на наш чертов диван и спит рядом.

— Я Вас слушаю?…

ААА!!!

Иди к черту!

Вдох поглубже…

— Яна… — голос срывается, меня корежит, не могу больше ничего произнести, челюсти со щелчком смыкаются.

По пальцам одной руки могу пересчитать моменты, когда называл ее так. Сомнительные были моменты.

Секунд пять мы слушаем тишину. Скидывает. Перезваниваю. Номер заблокирован.

— Тери?.. — протягиваю я руку, молча отдает свой телефон.

Вбиваю номер, делаю дозвон. Не берет.

— У нее был мой номер, Арчи. Может, она помнит его. И поэтому не отвечает.