Призрак в мундире

– Не мешаете? – Коган опустил старика, вернулся к окну и снова уселся на лавку. Он смотрел, как тот из ложки стал поить женщину отваром. – Можно и так прожить. Не мешая. А можно и помогать людям. Людям, которые не сидят по норам, а сражаются с врагом. Я знаю, что ты скажешь, старик. Красная армия неизвестно где, народ правительство бросило, фашисты хозяйничают. Тут бы хоть как выжить, не до человеколюбия! И я знаю, почему ты так скажешь. И не осуждаю тебя. Только знай, что фашистов мы скоро выгоним. Да, пришлось оставлять города, землю пришлось оставлять и отступать в сорок первом.

Силен оказался враг, но мы бьем его, и остановили мы его. И под Москвой остановили, и на Волге остановили. И Ленинград он так и не взял!

– Под Москвой остановили? – старик наконец повернул голову и посмотрел на гостя. – Так что, фашист не взял Москву? И Ленинград не взял?

– А кто тебе такое сказал? – удивился Коган. – Кто напел тебе, что мы столицу Родины нашей отдадим врагу? Ты по ночам, старик, послушай. Грохот стоит, Красная армия гонит врага с нашей земли! И скоро сюда придет.

И не вернутся фашисты. А гитлеровцев мы будем гнать не только с нашей земли, но погоним и до его логова и там прикончим, чтобы никогда больше не появлялось на земле этой коричневой чумы!

Неизвестно, то ли горячие слова из самого сердца, что говорил Борис, то ли известие, что Москва не сдана фашистам, так подействовали на старика, но он стал смотреть внимательно. Его глаза засветились интересом, жизнью. Он положил голову женщины на подушку, укрыл ее лоскутным старым одеялом и подошел к гостю.

Уселся радом на лавку.

– Ты кто таков будешь-то? Из партизан, что ли?

– А какая же разница, как меня называть? – усмехнулся Коган. – Главное не в названии, не в терминологии дело, а в том, что я воюю, что сражаюсь с фашистами с оружием в руках. Вот что главное. И помощь нам нужна, человек умирает. Раненый. Пулю надо извлечь, а то не донесем мы его. В бою пулю получил.

– Я ведь не хирург, я обычный сельский терапевт, – грустно сказал старик.

– Папаша, я житель городской, и образование у меня высшее, – покачал головой Коган. – Я хорошо знаю, что хирургию вы все изучали в медицинском институте. Что специализация у вас была на старших курсах и в ординатуре. А уж как аппендицит вырезать и как шов наложить, все вы знаете. Я ж не в окулисты тебя сватаю, не в кардиологи. Достань пулю, зашей рану, сделай что-нибудь, чтобы не воспалилась рана. Ты же можешь, папаша, я знаю. Я бы и сам сделал не задумываясь.