Проблема майора Багирова (СИ)

Они говорили о том, что нас пытаются взять в кольцо.

Я стараюсь не паниковать, но тревога нарастает. Мне хочется, чтобы здесь был Яр, чтобы принял командование на себя. Ему я научилась полностью доверять. Это не значит, что Батя хуже или я ему не доверяю. Просто с Багировым настроение другое. Наверное, с ним и умереть не страшно, потому что люблю. Мы не виделись почти две недели. Он связывался со мной, с ребятами. Не жаловался, но я чувствовала, что Ярослав злится.

— Я в медблок, — выскочив из укрытия в момент очередного непродолжительного затишья.

— Вернись обратно! — кричали бойцы мне в спину, а я, пригнувшись к земле, старалась быстро передвигать ногами. Рядом оказался Сотников, схватив меня за локоть, дернул в сторону развалин.

— Алька, ты чего творишь? — заорал он на меня. — Батя приказал тебе в блиндаже сидеть!

— Сколько у нас раненых? — я чувствовала, что много, потому что этот бой интенсивностью отличался от предыдущих. Настоящая мясорубка.

— Не знаю… но много, — произнес он, понимая, в какую сторону я клоню.

Ложись! — накрывает собой, когда в укрытие прилетает снаряд. Нас обдает бетонной крошкой. Страха нет, как в первые дни. Я четко следую инструкциям. — Цела?

— Цела, — отряхиваясь, приваливаюсь к уцелевшей стене спиной.

— Бегом! — командует товарищ, как только наступает короткое затишье.

Вновь начался обстрел. Петляя, словно зайцы, мы добрались до подземки.

Оставив меня, Сотников поспешил вернуться на свою позицию. Лехи в медблоке не было. Не хотелось думать о плохом, но раненым Андрей без веских оснований вряд ли разрешил бы хвататься за оружие и лезть в окоп.

Когда я увидела, что почти все кровати заняты, меня качнуло. Крови было много. Андрею помогал кто-то из бойцов оказывать первую помощь, но их усилий на всех не хватало. Хирург тоже был ранен, повязка на плече пропиталась кровью.

Мое появление он встретил одобряющим кивком и кивнул на парня, лежащего на носилках. Отключив эмоции: страх, панику, жалость, сострадание – действую на автомате.

Это самое главное в таких ситуациях. Чем холоднее разум, тем более эффективной будет оказанная помощь. Голова думает, принимает решение, руки действуют.

Раненых становилось все больше. Их некуда было класть. Рук не хватало, а раны тяжелые, которые требовали срочного оперативного вмешательства. Андрей колол себе обезбол, но я видела, что рука его плохо слушается. Он принимал сложные решения, кого возьмет на операционный стол. Приходилось делать непростой выбор.