Проблема майора Багирова (СИ)

А я, глотая молчаливые слезы и утирая пот с лица, продолжала методично делать свою работу – бороться за каждую жизнь.

Полностью отключиться ты не можешь. Есть кто-то роднее среди бойцов. Я радовалась, когда к нам заглянул живой Леха, Лис. Я спрашивала, как там Батя, Васька…

Когда к нам спустили Пыжа, мои руки стали дрожать. У него застрял крупный осколок в спине. Оперировать его в таких условиях было нецелесообразно. Тут нужна реанимационная бригада и группа хирургов.

Бой длился дольше суток. Только утром следующего дня подоспела военная авиация.

Мне было больно, но сил выразить эту боль не осталось. Я валилась с ног от усталости.

— Аля, ты с ребятами летишь в госпиталь, — произнес уставший и будто постаревший за последние сутки Батя. Мы отправляли последних раненых. Тех, чьим жизням уже ничего не угрожало, но которым требовалось лечение и реабилитация.

— Андрею Егоровичу нужно осколок извлечь, пусть он улетает, а я с вами остаюсь.

— Аля, это приказ, — повышает голос Батя.

— Я согласен, проваливай давай в госпиталь, — встревает Леха. Его лицо словно измазали сажей. Хотя у нас у всех, наверное, такие лица.

— Без медика на передовой нельзя, — упиралась я. Понимала, что он пытается сделать, но была не согласна. Если бы сегодня не подоспела авиация, нас бы взяли в кольцо. Чем это могло закончиться, остается только предполагать.

— Нам пришлют новых, а ты возвращаешься в госпиталь, это не обсуждается, — не слушая мои возражения, разворачивается и уходит. Я понимаю, что проиграла, и иду собирать вещи.

А дальше происходит что-то странное. Я прыгаю в окоп, но мои ноги не успевают коснуться земли. Раздается взрыв, я подлетаю вверх. Обжигающая боль в груди, падение, удар о землю – и темнота…

— Багир, не дозвонился? — подходит Стас и, прежде чем присесть рядом, осматривает ветки, нет ли там змеи.

— Нет, — кручу в руках трубку телефона.

Злюсь, что никто трубку не поднимает. Что там происходит? Просил ведь Батю телефон при себе держать. Алька, зараза, вечно его где-то оставляет. Под кожу заползает страх, когда я не могу дозвониться несколько часов. Плохой знак. Очень плохой…

Связываюсь со штабом, интересуюсь, где подкрепление? Когда нас отсюда перекинут обратно? Ответы выбешивают.