Пробудившая пламя

Аргес поставил ступню Гульнизы себе на бедро и застегнул на её щиколотке браслет. А потом протянул ей второй золотой браслет и свою руку, подставляя девушке запястье.

Щелчок замка браслета, мы встретили бурными хлопками в ладоши, которые прервал запыхавшийся гонец из порта.

– Лари... Там это... Корабль пришёл, вас вызывает в столицу император! – выпалил он.

Империя Тер-ли-Осан.

Западная граница империи, крепость Галхур. (События за год до битвы за Карнак)

Оман Берс Марид-Нави.

В крепость я вернулся ночью.

Уже по пути я понял, почему мне мать всегда советовала потерпеть, остыть. И почему она буквально висла на мне, не позволяя, после очередной выходки Ираидалы, отправится к ней и высказать всё, что давно уже накипало! Вспылив от злости и усталости, я совершил серьёзную глупость.

Отец отправил меня с матерью, потому что дворец, отведённый нам для проживания, стоит на другом конце столицы. И отец в любой момент мог узнать, кто и чему меня учит, мог увидеть меня в любой день и узнать какие мысли мне вкладывают в голову.

Да ещё и сейчас, предоставленная сама себе, когда никого над ней нет? Если она казначею не стеснялась истерики закатывать и требовать оплатить её покупки, никак не считаясь ни со смотрителем гарема, ни с моей матерью, то сейчас и вовсе ни на кого оглядываться не будет.

Что же, признавать свою ошибку не хочется, но если не признаю, последствия будут такие, что сам не обрадуюсь. Придется возвращать Ираидалу обратно во дворец. А пока пусть в гареме от неё отдохнут. Сразу, как только оказался в крепости, потребовал доложить об изменениях, произошедших за время моего отсутствия. Как оказалось, атак противник не предпринимал. Лазутчиков тоже заслать не пытались.

Но настораживали непонятные перемещения внутри вражеского лагеря.

– Словно место подо что-то готовят.

Пояснения никому были не нужны. Все и так прекрасно помнили, как больше семи лет назад Димарий устроил перед нашими стенами показательную казнь наших воинов, попавших в плен. И хотя в том походе мы устояли, и вернулись домой, снова оттеснив врага, я ещё полгода не мог смириться с произошедшим. Ведь обычно мы просто назначали выкуп за тех, кто попал в плен.