Пробудившая пламя

Какая, к хребту, обычная беременность, придурок?

– Пламя моего сердца, но откуда мальчик мог знать про беременность? Он же воин, а не лекарь. – Кинулась на грудь к орущему в гневе отцу лари, успокаивая его злость.

– А сложить элементарные вещи и сделать выводы он, по какой причине не в состоянии? Мне тоже этого никто не объяснял. У него голова для чего, чтобы рога носить? – буйствовал отец. – Иди, сынок, пламенем прошу, иди. Пока я сомневаться не начал, в кого ты такой, недогадливый, уродился.

Просто кивнув на прощанье, я покинул дворец отца, в душе соглашаясь с его словами.

Ведь о свойстве нашей крови я знал, и о том, что наша кровь плохо приживается, поэтому и потомство так малочисленно, тоже знал. Так почему мне и в голову не пришло, что ребёнок, это, прежде всего, носитель нашей крови?

В собственном дворце я немедля направился в лекарское крыло.

– Оман, все спят... – начал молодой слуга, дежуривший на пороге коридора, где располагались лекарские покои.

– Чего? Ты не забылся? – рявкнул я.

– Главного лекаря сюда, живо! Пока я не велел со всех вас шкуру содрать!

– Оман, с возвращением! – раздался вскоре лебезящий голос главного лекаря. – Вас беспокоят ваши раны?

– Объясните мне, когда наложница беременна, что она испытывает во время беременности? – спросил я.

– О! Неужели нас скоро ожидает великая радость? Я немедленно отправлю лучших лекарей, чтобы постоянно наблюдали за девушкой. – Угодливо улыбался и суетился главный лекарь. – Беременность будущей лари – процесс очень болезненный и опасный.

..

– То есть вы об этом знали? – спокойно Берс, разорвëшь его потом, пусть сначала на вопросы ответит.

– Конечно, знал, иначе бы я не стал главным лекарем. – Улыбается без пяти секунд мертвец.

– Берс, сынок, о чём речь? Почему ты не зашёл в мои покои? – на весь коридор спрашивает мать, которую видно только разбудили, потому что только халат накинут на ночную рубашку.

– Майриме, идите в свои покои, я зайду позже. – Не дал себя обнять я.

– Но что тут происходит? – продолжает спрашивать она.

– Майриме! – повысил голос, еле себя сдерживая. – Я сказал, вернись в свои покои!

– Что... Я... Да, конечно. – Растерялась мать, но быстро взяла себя в руки и ушла, только окинув меня обиженным взглядом.

– А сейчас, раз вы так хорошо знаете особенности беременности, то наверняка ваши лучшие лекари следили и за здоровьем лари Ираидалы, когда она вынашивала моих детей в первый раз. Позовите. Я хочу задать им несколько вопросов.