Проданная

Я ждал этого. С той самой встречи с Варием. Просто знал. Но теперь все отдавало таким чопорным формализмом, что не оставалось никаких сомнений — Невий чувствовал себя победителем. Триумфатором. И наверняка тому были причины. Оставалось лишь узнать о них. Впрочем, было очевидно, что здесь не обошлось без принца Эквина. Беглецы так себя не ведут. Мне оставалось лишь не выдавать своего раздражения. Хотя… какое там раздражение! Внутри я кипел и едва держал себя в руках.

Невий спокойно пересек кабинет, остановился перед моим столом и склонил голову:

— Мое почтение, отец.

Я закурил. Горький дым скользнул в горло, и стало немного легче. Но я смотрел в точеное лицо своего сына, и хотелось просто врезать. Он наверняка знал это. Может даже ждал. Может, мне и следовало бы это сделать… Но я хотел послушать, что он скажет. Он непременно что-то скажет — именно за этим и явился.

Я оторвался от сигареты:

Невий едва скрывал желчную улыбку, все еще играя в достоинство и смирение примерного сына.

— Его величество отозвал мое назначение.

Он положил передо мной формуляр с имперской печатью:

— Чтобы у вас не возникало неуместных сомнений, отец. Такова воля Императора.

Никогда не слышал, чтобы он говорил так елейно. Слушал его, а слышал Луция. Его медовые интонации и опасную вкрадчивость. Все это напоминало вкрадчивость опасного хищника перед смертельным броском. Осталось лишь дождаться броска… Я даже не сомневался, что он непременно последует.

Я откинулся на спинку кресла, даже не взглянув. Ни на миг не сомневался, что в документе верно и правдиво все до последней буквы.

— Стараниями его высочества.

Невий не сдержал улыбки. Я почти физически ощущал, как его распирало.

— Его высочество дорожит моей дружбой.

— Это многим известно.

— Вы будто не рады, отец. Вашему сыну благоволит наследник престола. А вы сидите с таким лицом, будто речь идет о каком-нибудь полукровке дальних ветвей. Его высочество — наш будущий правитель, перед которым рано или поздно вы же, отец, преклоните колено. Как и все остальные.

Благообразие облетало. Теперь Невий не скрывал, что считает себя триумфатором. В определенной мере он был прав. Я не в силах оспорить решение Императора. Как не в силах идти и против наследного принца. Что-то оспорить может лишь Совет высокородных. Но подобные вопросы ему неподконтрольны.

Я бы не хотел преклоняться перед таким наследником. Не один я.

Первым должен был родиться Фабий. Он стал бы достойным Императором.