Проданная ему

Закрывает дверь и подходит ко мне со спины. Я слежу за ним через зеркало, за его безумными от похоти глазами. Он дышит мне в затылок, не трогает, но мне уже противно. Утыкается носом в волосы.

— Обожаю твой запах. Он настолько въелся мне в мозги, что теперь остальные запахи раздражают, бесят, а ты, как сладость… — целует за ушком, налегает на меня, приходится опереться об столешницу с раковиной.

Главное дышать, не паниковать. Не будет он меня душить в общественном месте, как и бить. Вроде понимаю умом, что правильно думаю, а тело каменеет, мне почти физически больно от его прикосновений.

Меня тошнит от его запаха, такого резкого и раздражающего. Никогда не любила этот тяжелый парфюм.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вытащи свои сиськи, хочу на них смотреть, когда буду трахать тебя сзади. — он смотрит мне в глаза, задирает подол платья, поглаживает мои ягодицы, ждет, когда я исполню его приказ. Вырез на груди позволяет легко отодвинуть лиф платья вниз.

Бюстгальтер я не надевала. Артем завороженно смотрит на мои соски, приоткрыв рот. Не сводит с них своего поплывшего взгляда, неожиданно шлепает по заднице. Я жмурюсь, но не издаю ни звука. Больно, но терпимо. Еще несколько шлепков, кожа горит, не позволяю себе просить его прекратить.

— Девочка моя, послушная такая… — приседает и начинает целовать мою покрасневшую попу. С ним впервые такое: наказать, а потом приласкать. Смотрю себе в глаза, пытаясь отключиться от происходящего, но ни черта не получается.

Страх связывает меня по рукам и ногам, просачивается в сознание, напоминая мне ужас прошлого. Еле сдерживаюсь, чтобы не убежать отсюда, будто за мною гонятся все черти ада. Нет, я вытерплю все ради Лизки, ради возможности прикоснуться к своей лапочке. Это не такая уж высокая цена. Было и хуже, но терпела же, поэтому и секс в туалете можно пережить. Ради дочери…

— Сухая… — слышу недовольное замечание Артема, когда он проводит пальцами у меня между ног, отодвинув узкую полоску трусов в сторону.

На сухую трахаться с ним — это та еще пытка. Меня не возбуждают его ласки, его поцелуи. Прошел тот период, когда мне хотелось его до дрожи в коленках, розовые очки давно упали с моего носа и были безжалостно растоптаны самим Артемом.

Прикрываю глаза, пытаюсь подумать о приятном, расслабиться, но ничего не выходит. Мысли наскакивают друг на друга, толкового ничего не выдают. Сознание решило со мной пошутить.