Проданная ему

"

"Когда встречаешь хищника, советуют не смотреть ему в глаза, не дышать, не двигаться, а ещё лучше сделать вид, что ты умер. Я смотрю на точку между бровей Артёма, стараюсь шумно не дышать, не показывать ему свой дикий страх и панику, охватившую всю меня с ног до головы. Мысль, что рядом Лиза, удерживает меня от истеричных всхлипов, бесполезных мольб, ненужных движений. Артёма это не трогает: если он захочет, он возьмёт и не будет спрашивать разрешения.

— Я хочу тебя, — вкрадчиво, растягивая каждую гласную, произносит Артём, протягивает руку к моему лицу.

Стойко выдерживаю прикосновения, сжимая зубы.

— Хочу… Одну тебя. Я, правда, люблю. Женился и понял, что попал, — нежно опускает пальцы вниз, к шее. Мгновение, и я широко раскрываю глаза и рот. Артём улыбается, улыбка убийцы, а рука сильнее сжимает горло, перекрывая доступ воздуха.

— Красивая… — ослабляет хватку, жадно делаю вдох, очерчивает губы и без предупреждения толкает мне в рот большой палец.

Выталкиваю его языком, мотаю головой, за что сразу же получаю пощёчину.

— Я тебя урою, — лицо искажается злобой. — Ты приползешь ко мне на коленях и будешь умолять дать тебе отсосать свой член и вытрахать до потери пульса. Слышишь меня? — хватает за волосы и дёргает голову вниз. Жаль, что между нами такой маленький стол. Жмурюсь от боли, но упрямо молчу.

Артём убирает руки, встаёт. Смотрит на меня с высоты своего роста. Мрачный взгляд ничего хорошего не предвещает.

— Я оставляю тебе дочь до вечера. О побеге с ней даже не думай, за домом будут следить.

Почувствуй себя напоследок полноценной матерью, потом я сделаю все возможное, чтобы ты не имела никакого права приближаться к ней. Ты знаешь, как вернуть моё расположение к себе, так что подумай своей головой над перспективами. Стереть тебя в порошок не составит большого труда: пара липовых справок, и тебя признают наркоманкой, опасной не только для дочери, но и для общества.

— Ты этого не сделаешь… — чувствую, как с лица схлынула кровь, стало невообразимо холодно и безнадёжно.

Кажется, я понимаю, что творится в душе самоубийц, когда доходишь до черты, когда понимаешь, что любые твои действия не принесут никакого результата.

— Хочешь проверить? — насмешливо изгибает бровь.

Проверять не хочу, поэтому молча отвожу глаза в сторону. Артём минуту стоит возле меня, уходит в комнату, возвращается с Лизкой на руках.

— Лиз, папа уходит на работу, остаёшься с мамой, — передает дочку мне, я жадно прижимаю её к груди, утыкаясь в светлую макушку.