Проект Деметра

И она выжила. А зачем? Родить она не сможет, так что от ее появления дома ничего не меняется, мертвое не оживет. Разве что других вылечит – так и это утешение слабое. Непонятно, как "право" действует. Может одно лечит, а другое калечит.

Лучше б наоборот – Нейлин выжила, а не она. Вышла бы замуж за Эрлана…

Эрлан. Хорош, что говорить. Наверняка были бы они отличной парой и детишек нарожали, светлых миру прибавив. А и с Майльфольмом бы сошлась, тоже хорошо бы было. По любви, а это все прощает и все примиряет. По-любому от Нейлин больше толку было б.

Девушка покосилась на Майльфольма, но тот отвернулся, хоть и почувствовал взгляд. Он видел интерес Эрлана, понимал, что иного быть не могло, как нет и не может быть ему самому места рядом с Эйорикой. Из милости его еще в изгои не отправили, еще терпят. И что будет – тоже ясно. Эрлан не оставит девушку, добиваться станет, не так, так этак свое получит.

Только отчего тогда он виновен, а Лой нет?

Да, с одной стороны, вину и не сравнить. Помолвка была, да ни к чему не привела и давно канула как уговор, не обязывает.

Он свободен. Но был женихом сестры Эйорики, пошел на это хоть ему, в отличие от Майльфольма, плевать было на Нейлин. Завет отца? Да. Но если б не та внезапная и заведомо пустая помолвка не случилась, он бы тоже наплевал, только на заветы своего отца, на предостережения жреца, за закон и свое право, даже на род, и увозом бы забрал Нейлин. И жили бы они вместе, и возможно была бы она жива, а он не стал бы изгоем и не мучился виной за ее смерть, за ту ночь, когда она его стала.

Негоже ему дурное о светлых думать, но само на ум идет. Вцепились Лой в дев Лайлох как клещи. И понятно – род длить нужно. Изначальных дев по пальцам руки пересчитать. И за каждую голову положить готовы.

Только получил бы ее Эрлан, встретил, если б Майльфольм вовремя не подоспел, не уберег? Нет.

Да, виновен. Но, то прошлое, а думать о будущем нужно, и то будущее он берег, как стражу положено, и за то ни вины ни стыда на нем нет. А в расчет не взяли.

Дойдут до Тоудера, доведет он ее с ними и голову с плеч снимут, как пить дать. Как собаку используют и убьют. Нет, он понимает – страж и есть собака, только все едино человек, и подыхать как животное не согласен.

И вдруг почувствовал, как озноб по позвоночнику побежал, страх в душу прокрался – Эрлан смотрел на него не мигая и, будто счел сокровенное, в самое сердце зрил. Майльфольм не то, что побледнел – позеленел от его пронзительного и пронизывающего взгляда.