Проект Деметра

Эрлан решительно направился в ту сторону по краю ущелья, пристально вглядываясь в каждый камень, каждую травинку, то и дело заглядывая вниз, и каждый раз молясь, чтобы не увидеть Эйорику распластанной на дне ущелья.

Вот и то место, где она должна была быть, но ни единого признака, что была.

– Хм, – дал о себе знать ватар. Эрлан недобро уставился на Стрежа, подпирающего дерево.

– С ночи, – ответил охотливо. – Как про Зареха прослышали так и встали. Под утро с заката-то ближе к переправе охолонуть его пришлось, а то понаехали, давай руками и мечами размахивать да хозяевами тут орать.

– Взяли кого? – подошел вплотную к дозорному.

– Да геть им! – ощерился. – Пятерых положили, они и отошли. А все едино неймется.

Эрлан зубы сжал, так что скулы побелели:

– Плевать мне на багов. Пришлые были?

Стреж уставился на него, рот открыл и закрыл, словно силился смолчать.

Лой нахмурился, по сердцу тоска полоснула пополам с надеждой.

– Роберган молчать приказал?

– Ну, – протянул воин.

– А ты не говори – кивни.

Стреж медленно кивнул.

Уставился виня – чего ж ты делаешь? Почто заветное вытягиваешь?

Отвернулся, вздохнув.

Плечами повел, губу прикусывая. Лучше против десятка багов стоять, чем одному Лой противиться.

Эрлан подтянул перевязь крепче, и дал старт с места – у него появилась надежда.

За дозором еще кордон стоял, но мужчина его не заметил – Лири первого же из ватаров, кто остановить хотел, перехватил, с дороги светлого убирая и бросил:

– С летом сами разберемся.

Парень лишь рукой махнул: ну, вас, и передал по цепочке – Лой.

Роберган лениво жевал, когда дверь бухнула, словно с петель ее сорвали. Голову лениво повернул и поморщился – ну, кто ж еще столь бодро вваливаться может?

Герад рухнул на скамью за стол рядом с летом и уставился на того выжидая. Вечерять Робергану мешать – уже худое творить, а с делами при пище лезть – все законы попрать.

Лет понял, что тому не терпится – отодвинул миску, воды выхлебал и воззрился: ну?

– Лой возвращается.

– Ну, не положил, – согласился Герад. Челюстью подвигал и бросил тише:

– У моста возня нехорошая и Зарех на нашей стороне лагерем встал.

Роберган шею потер, обдумывая:

– Баги. Тьма. И прибывают. Как бы большое сече не быть.

– С чего? – лицом закаменел, взгляд холодный.

– Наши слышали, что баги ловят светлых. Говорят – изначальные, ушли прямо из-под носа.