Проект Деметра

Один не смогу, она же…

– Цикл? – качнулся к нему мужчина. У Эрлана зрачки расширились. Миг и вскочил, схватил лета за грудки, пронес одним движением до стены и окна:

– Где она?! Где?!! – побелел от ярости и дурного предчувствия.

Роберган со значением на его руку посмотрел и губы поджал, рубаху поправляя:

– Я хочу точно знать, что она не засланная, – заметил тихо и жестко.

– Засланная? – Эрлан сначала и не понял о чем он. И выпрямился, губы поджал: и придет же в ум такое!

– Нет, – заверил твердо, тихо чтоб никто не слышал, почти в ухо лету.

Роберган слушал его внимательно и смотрел перед собой, не мигая. И так же не глядя на Лой, кивнул:

– Уже понял. И за кем охота – тоже. Тихо пройти не могли, – прошипел, уставившись, наконец, в глаза светлого.

– Они могли безмолвно?

Лет отвернулся – наверное, не могли, наверное, Лой прав. Дети. Для них война, что хоровод.

Но что теперь будет?

– Эберхайм переправляется, – бросил.

Еще не лучше, – уставился в потолок Эрлан.

– У вас только Эя? – покосился на мужчину.

Роберган потер подбородок, хмуря брови:

– Если переправились – всех найдем. Время нужно. Найду я тебе стража для Лайлох и детта найду. И остальных изначальных. И помогу даже. Но ты дашь слово, что вы не пойдете в Тоудер и не оставите нас пока есть опасность нападения.

– Уйдете, вас все равно возьмут. Нас сравняют и вас возьмут, – уставился в упор на Эрлана, и тот не мог не согласиться.

– С тебя детт, страж и стипп.

– Не много? – возмутился мужчина.

– Эя не в счет. Остальных нужно обучать.

Роберган вздохнул и нехотя голову склонил:

И вдруг улыбнулся лукаво:

– Все равно тебе сейчас не уйти. Помолвка-то будет? А то у меня и жрец есть.

Эрлан дернулся как от удара – третий намек – неспроста.

Мужчина рассмеялся и тут же посерьезнел, вздохнул, словно затосковал о чем.

– Где она? – сжал ему плечо Лой, требуя ответа.

– Развяжи, – попросил Шах. Обсох, силы вернулись, крутиться стал.

Эрика сидела не шевелясь, смотрела на него, а боялась себя.

– Эра! Да, что с тобой? Развяжи, сказал.

Девушка нехотя подошла. Ладонь легла на его плечо и вся решимость, непонимание себя, канули разом. Горячий, ладный, кожа как ласка и манит, манит – голова кругом.

Распутывала ему руки, а сама смотрела на шею, плечо и клонилась, желая коснуться губами и словно испить его тепло, силу, нежность.