Проект Деметра

– И так, Эрлан Лой! – встал Маэр, и все стихли. – Ты признан виновным во многих злодеяниях. Ты попрал все законы и множил ненависть, усиливая раздоры и сея ложь. Ты сам стал ложью, и пришла пора остановить ее. Отныне ты лишаешься права и становишься изгоем. Тебе больше нет места среди нас. Твоя ветвь будет пресечена! – грохнул тростью по камням.

Хранитель протянул руку в сторону виновного и, Эрика больше не смогла сдерживаться. Оттолкнула Майльфольма и выступила вперед.

Маэр моргнул, растерявшись. Эрлан вскинул взгляд, не понимая, что он мешкает и почему не приводит приговор в исполнение.

И заметил жену. Та стояла возле круга и смотрела на него в упор, и никакого презрения в глазах не было. Зато четко поступала то, что задумала.

– Нет! – вскинулся, выставил ладонь, не давая пройти. – Не смей! Не подходи! Уберите ее!! – закричал, требуя помощи советников. Эхинох и Ристан переглянулись, не решаясь что-то предпринять. Таш замер, наблюдая за девушкой, а Нерс вздохнул, отворачиваясь – не его право идти против свободной воли, пусть она и сверх возмутительна.

С другой стороны – это его мнение, а у Лайлох оно другое, как возможно, у Таша или даже Маэра.

– Не подходи, Эя! Уберите ее!! – крикнул уже стражам. Он был вне себя и, девушка замешкалась, не понимая, что с ним. Все это время он был подавлен, но молчал и вел себя стойко, а сейчас готов рвать и метать, кричит, как с ума сошел и лицо кривится от бессилия и отчаянья. Неужели она ему настолько противна? Но этого же не может быть!

Май положил ей руку на плечо, Кей на другое, и предупредил:

– Еще шаг и ты станешь изгоем, как и он.

Не делай этого.

Эрлан в упор смотрел на нее, требуя взглядом и глаза были черными от страха и отчаянья:

– Уйди! Не подходи ко мне!

Лала прикрыла рот ладонью в ужасе, что Эрика сейчас сотворит. Самер нахмурился и покосился на Радиша. Вейнер размял шею, соображая. Толпа молчала, замерев и будто все боялись спугнуть Лайлох и тем толкнуть на безрассудство.

А Эра смотрела в глаза Эрлана и видела, что он боится за нее, что готов стать изгоем, умереть, только чтобы она и краем не была задета.

И вдруг улыбнулась ему с долей лукавства:

– У нас есть такая формула: "в печали и радости, в счастье и горе" – будем вместе.

Эрлан дрогнул, лицо исказилось.

– Нет, я прошу тебя, не ломай себе жизнь. Умоляю, Эя, уйди.

Девушка покосилась на стражей и, бросив:

– Спасибо вам и извините, ребята.

Шагнула за черту. Эрлан схватил ее за плечи, но было поздно.