Прогноз гадостей на завтра

Литература, рассчитанная на специалистов, пестрела непонятными словами: тремор, парез, холестаз, гемическая гипоксия…

Потом словарь перестал быть нужен, а затем и вовсе произошел невероятный случай. Как-то вечером, когда Алик в очередной раз пытался изучить Ниночкины анализы крови, к ним в квартиру в слезах влетела соседка и завопила: – Ой горе, ой жуть, помирает…

Алик встряхнул грязноватую бабу за плечи и, поняв, что несчастье случилось с ее десятилетней дочерью, пошел в квартиру алкоголички.

Бросив беглый взгляд на девочку, лежащую на диване, он, вызывая «Скорую», спросил:

– Баночку грибов у метро купила, – всхлипывала соседка, – угостила ее вкусненьким…

Перед глазами Алика, а, как у всякого музыканта, зрительная память у мужика была великолепно развита, мигом возникла страница из соответствующего раздела справочника по клинической токсикологии. А поскольку «Скорая» все еще ехала, он принялся действовать сам.

– Перестань выть, – прикрикнул он на мать. – Иди вниз, на первый этаж, в аптеку, купи вот эти лекарства…

Когда эскулапы наконец прибыли, Алик уже успел промыть девочке желудок, дать активированный уголь и солевое слабительное.

– Вот, – сказал он врачу, – тут двести миллилитров четырехпроцентного раствора гидрокарбоната натрия, вводите медленно…

Доктор глянул на девочку, потом на Алика и заметил:

– Вообще, коллега, мы рекомендуем двести пятьдесят миллилитров десятипроцентного раствора глюкозы…

– У нее ацидоз, – прервал его Алик, – а еще хорошо бы ввести контрикал, гордокс, только у меня этих препаратов нет, впрочем, липоевая кислота, витамин Е, эссенциале для защиты печени…

– Вы токсиколог? – с уважением поинтересовался врач.

Алик помедлил секунду и кивнул:

Но чем дольше Радзинский изучал специальную литературу, тем больше понимал, что Ниночку никто не травил, похоже, что бедняжка действительно заболела какой-то неизвестной науке болезнью…

Потом до Алика дошли наконец слухи о женитьбе Эдика на Геме и о том, что она всем рассказывает о «последней просьбе Ниночки».