Проклятие ульфхеднара

Ингольв не щадил всех, кто был под его началом — и своих, и южан, а потому охранители из них получались надёжные. Теперь предстояло передать эту обязанность другому воину. И он уже присмотрел себе замену.

Созвучно с его размышлениями, недалеко от казарм навстречу попался Блефиди, уже спозаранку злой, что клубок змей. К счастью, с северянами он знался уже давно, а потому язык их понимал гораздо лучше, чем Ингольв — язык ромеев. Сдружились они ещё на первом году службы, и ромей был, пожалуй, единственным, кого жаль было оставлять здесь.

— А вот ты где, — проворчал воин, сощурив светло-карие глаза. — Готовься, Ульв, василевс будет рвать тебя на куски.

— Это за что? — тот пошёл дальше, не останавливаясь. — Ты меня, Змей, не стращай.

— О, тебя, верно, больше пугает Форий, — Блефиди скабрезно хмыкнул. — Уж он-то вчера надрался так, что на весь пиршественный зал орал, что отрежет тебе всё, что делает тебя мужиком.

— Я не слышал, — Ингольв пожал плечами.

— Конечно, не слышал. Ты в это время, наверное, уже вовсю имел его наложницу.

Они вошли в тень аркады и пошли вдоль ряда белоснежных колонн. Здесь ещё сохранялись остатки утренней прохлады, что отступала под напором дневного зноя.

— Если Форий захочет, я могу выйти с ним на поединок, — от мысли о гневе кентарха ничего внутри не дрогнуло.

Он знал, что сильнее, пусть даже тот наденет все свои доспехи. Сила ульфхеднара, преумноженная покровительством Фенрира могла смять любого, кто дерзнет встать у него на пути.

— Ты не у себя дома, Ульв, — Блефиди вдруг помрачнел.

А вот это уже больше похоже на кентарха. Он ведь вовсе не дурак, и понимает, что в честном бою против Ингольва ему не выстоять. Потому запросто от него можно ожидать какой-то подлости. Что за проклятье? Теперь и не поесть без оглядки.

— Так что хочет от меня василевс? — вернулся он к началу.

— Он хочет, чтобы ты оставил глупые мысли о том, чтобы уплыть, — ромей покосился на него.

— Нам просто удалось выживать дольше многих.

— Это верно. Но Иовиан вовсе не слепой. Он видит твои необычные силы. И ни один из правителей не откажется от такого воина в личной охране.

— Моему отцу это не помогло, — Ингольв криво усмехнулся.

И в тот же миг ощутил ещё более крепкую уверенность в том, что возвращаться уже пора. Однако неприятного разговора с василевсом, похоже, избежать всё же не удастся.