Проклятие ульфхеднара

Ещё одна стрела отрезала ей путь.

— Ты с ума спятила?! — Гагар дёрнул её за руку и оттащил прочь. — Тебе сказано было что?

— Я не могу постоянно прятаться за спину Лейви или твою! — Авсейг вырвала руку из его хватки.

— Плевать я хотел, чего ты там себе решила!

Он остался уже с одним только мечом: щит либо потерял, либо выбросил за ненадобностью. Теперь многие уже сражались без них: разбитые в щепки доски только мешали. Асвейг уловила едва заметное движение за его спиной. Ни единого шороха сейчас нельзя было разобрать за нескончаемым ором и лязгом, от которых уже трещала голова и хотелось заткнуть уши.

Новая стрела метнулась вперёд, но задела ветки и упала в стороне. Гагар схватил Асвейг за плечи и повалил на землю в тот миг, когда с тетивы невидимого охотника сорвалась следующая. Они упали в мокрую траву. Тяжесть чужого тела вышибла из груди воздух. Тонкая, словно принадлежащая иссохшему драугру, фигура Мёрд нависла над Гагаром, который ещё не успел встать. Та ухватила его за шиворот и, дёрнув к себе, полоснула по шее кинжалом.

— Паршивый пёс, — выплюнула воительница, отшвыривая его в сторону. — Давно надо было от него избавиться.

Асвейг, не в силах издать ни звука, отползла дальше. Встала — и оказалась почти нос к носу с Мёрд. Увернулась, когда поняла, что та выбросила вперёд руку с кинжалом — острое лезвие только вспороло кожаный нагрудник, который Ингольв заставил надеть перед боем. Кольнуло бок, но не сильно. Воительница сделала шаг навстречу, но тут покачнулась и рухнула лицом вниз, зло бранясь.

Оружие вырвалось из её руки и упало в стороне. На её ногах повис Гагар, вцепившись страшной в своём отчаянии хваткой. Его плечо заливала кровь, а лицо стремительно бледнело.

Асвейг навалилась на Мёрд сверху, прижала за шею к земле и прошептала заклинание. Им она больше никогда не хотела бы пользоваться. Но сейчас не то время. Всё ещё сильный поток жизни воительницы кинулся внутрь, захлёстывая яростью и страхом одновременно.

— Давно надо было это сделать, — шепнула она, склоняясь к её уху.

Та лишь успела поднять на неё взгляд — и тот сразу потух. Асвейг перевернула на спину Гагара и прижала ладонь к его вспоротой под ухом шее.

— Я верну. Я помогу… — погладила его другой рукой по щеке.

Но тот покачал головой. Коротко, последним усилием сжал её запястье и умер. Она закусила губу. Перед глазами всё расплылось от слёз, а после в уши снова ворвался грохот битвы, не давая забыть, зачем они все здесь проливают кровь.