Проклятие ульфхеднара

Великан рычал от ярости, жалил противника огненными всполохами и пытался ухватить огромными ручищами — но тот постоянно ускользал.

— Блефиди, стой! — раздался из обезумевшей толпы голос Ингольва.

Но ромей уже не замечал ничего вокруг, он подходил всё ближе к Эльдьярну, не обращая внимание на невыносимый жар, который способен был и сталь расплавить, не то что человеческую кожу. Викинг вынырнул из мешанины бегущих прочь людей, кинулся к другу — остановить его, образумить. Асвейг, изо всех сил сопротивляясь воле Лейви, который пыхтел от усилий, пытаясь её увести, рванулась к нему тоже.

Но их разделял поток воинов, которые спасали свои жизни, понимая уже, что нужно успеть, пока великан занят борьбой со змеем. Ингольв прорывался вперёд против течения людской реки. И тут стрела ударила его в спину. Он покачнулся и остановил шаг — тогда рядом с первой под шею ему вонзилась вторая.

— Отпусти меня, — прорычала Асвейг Лейви. И хватка его тут же разжалась. — Уходи сам. Рагна ждёт тебя.

Она не видела уже, куда делся скальд.

И не видела, только на миг отвернувшись, куда пропал Ингольв. Она пошла к Эльдьярну, который уже вбивал в раскалённую землю изломанное тело змея. Встряхнула руками, чувствуя знакомое покалывание на кончиках пальцев. Она постаралась отринуть всё, что сейчас происходило вокруг, не обращать внимания, как толкают её со всех сторон, уже не пытаясь убить. Она шла, пока не стало горячо дышать. Пока не завихрились от потоков нагретого водуха волосы у висков, а глаза не защипало от пепла. Великан опустил на неё взгляд. Два ярких, точно извергающихся жерла, глаза ударили безумием, словно он и не узнал её вовсе. Поэтому однажды его решили остановить. Потому как он, сорвавшись, уже не жалел никого.

Отстранённо Асвейг видела, как фиолетовый туман заклубился у ног. Отшатнулась, когда великан сделал шаг ей навстречу — и раскрылась так широко, как могла, выпуская всю мощь, что ощущала внутри.

Огонь смешался с холодным дымом только на миг. Её сбило с ног волной хлынувшей в тело великанской жизни.

Она просто не могла уместить в себе столько. Её потянуло куда-то за грань. Лицо ещё пекло жаром, а спину уже охватывало льдом Междумирья. Эльдьярн обрушивал на неё одно заклинание за другим. Руны, как осколки, впивались в кожу, словно были не просто словами, не просто знаками, лишёнными плоти. И нестерпимо захотелось отступить. Разум завизжал: “Спасайся”.

— Держись, — шепнула Рагна будто бы в самое ухо. — Я помогу.