Проклятое дитя

В одно мгновение вся тьма, что окутывала Бастарда, сжалась в клубок в его руках — живой клубок, искрящийся и пытающийся вырваться из граней, в которые его заключили ладони демона. Но послушный ему, когда под волей создателя направился вниз, буквально впитываясь в мертвое тело юноши, отчего оно конвульсивно задергалось. Хриплый, мерзкий звук едва похожий на вдох, и Акир сел. Снова крик ужаснувшейся матери при взгляде на то, чем стал ее сын. Но едва ли кто обратил внимание. Все с ужасом, смешанным с любопытством смотрели на создание некромантии — ожившего мертвеца.

Неестественная поза, когда сломанные кости шеи не дают голове быть ровно, отчего она была наклонена к плечу. Сгорбленно и криво сидящая фигура — из-за всё тех же искореженных костей. Не дышащий, не моргающий, но смотрящий и видящий своими мертвыми мутными глазами. Сереющая на глазах кожа, безвольно лежащие рядом с туловищем руки — мерзкое и ужасное зрелище.

— Встать! — приказ хозяина, и неуклюжее умертвие поднялось на сломанных ногах, стоя криво и косо.

Снова вскрик матери, и, наконец, несчастная женщина лишилась чувств, прекратив оглашать зал своими стенаниями. Молча и с ужасом смотрел отец, в глазах которого была и боль, и отчаяние и зарождающаяся пустота.

— За мной, — новый приказ и мертвец зашагал за создателем к трону.

Не узнав отца, мимо которого прошел, словно не видел. Не видя никого и ничего, кроме спины хозяина впереди. Не слыша перешептываний и голосов, кроме голоса хозяина. Это не был младший лорд Амайа — это был труп и только: порабощенный, бесчувственный, лишенный воли и души.

Не сводя взгляда с принцессы Лили, Хасин шел вперед, видя, как испуганно девушка смотрит на него и на умертвие позади. Как она лихорадочно смотрит на стоящую рядом мать, ожидая от нее спасения, и как бросает умоляющие взгляды на стоящего позади отца, который не желает на нее смотреть, сжимая бледные губы.

Подойдя на самое близкое расстояние, Хасин остановился. Споткнувшись, следом за ним замер и Акир. Демон обернулся к своему умертвию и спокойно спросил.

— Кто отдал приказ об изнасиловании принцессы Анны?

— Приказ… — хриплым, рычащим, мертвым и не своим голосом, заговорил юноша, как загипнотизированный глядя на хозяина.

Губы и язык плохо слушались его, он коверкал слова и выговаривал их очень старательно и долго.

— Не было приказа, — словно собравшись с силами, произнесло умертвие. — Была просьба и намек.

— Чьи? — обернувшись к бледнеющей принцессе, хмыкнул Хасин.