Проклятый дар

– А по-другому как? – зашептала она жарко и торопливо, пытаясь убедить, заставить поверить и отпустить. – Я не хочу такой, как она! Не хочу, чтобы меня боялись! Она сдохнет, Ставр! Ты слышишь?! Не станет меня, и ей долго не жить. Я знаю!

Она и в самом деле знала. Знание пришло вместе с нестерпимой болью, впиталось в кровь с мертвой болотной водой. Морочь не может жить без Хранительницы, а прежняя, та, что с вороном, уже старая… Надо только что-то сделать с тем ужасом, который уже не только снаружи, но и внутри.

Перетерпеть, умереть достойно…

– Врешь! Не возьмешь! – Голос Ставра перешел в рев. – Держись, сестренка, я сейчас… я попробую. – Из тумана к ней потянулась широкая ладонь. – Я знаю, что тебе от меня хреново, но ты потерпи…

Надежда умерла, так и не родившись. Черная болотная вода сплелась в длинный хлыст, полоснула Ставра по руке, отшвырнула прочь в непроглядную темноту, точно паутинку, разрывая их тонкую связь.

– Значит, не передумаешь? – прошипела Морочь.

– Тогда умирай, неразумная…

…Как же было страшно умирать! Как же больно! На мгновение, всего на мгновение перед тем, как в горло хлынула мертвая болотная вода, Алене захотелось согласиться.

Да что там согласиться – молить о пощаде! Потому что умирать было невыносимо страшно, а жить хотелось со звериным отчаянием… Наверное, именно оно, отчаяние, заставляло ее, уже полумертвую, бороться и трепыхаться и из последних сил цепляться за невесть откуда взявшуюся в вязком болотном мире руку – горячую, сильную, живую…

Уже теряя сознание – или умирая? – она услышала радостный вопль Ставра:

– Братишка, ну ты просто супермен!.

.

– Не спи… – Сиплый голос вползал в сон, мешал, нервировал, заставлял проснуться. – Не спи, молодой. Жизнь проспишь!

– Проспишь тут с вами! – проворчал Матвей, открывая глаза.

Сарай тонул в синем предрассветном сумраке.

– Алена? – Он пошарил рядом с собой по сбившемуся покрывалу, но никого не нашел. – Алена! – позвал громче.

– Ушла твоя Алена, – послышалось от двери, и из темноты под серебристый лунный свет шагнула странная двухголовая фигура.

 – Пока ты спал, ушла. Не захотела тебя губить.

– Вы кто? – Матвей привстал на локте, пытаясь получше разглядеть ночную гостью. По голосу слышно, что женщина, даже, наверное, старуха.

– Я никто. Я предупредить пришла…

Так и есть – старуха! Старуха с огромным вороном на плече. Может, кто из местных? Юродивая какая…

– Она их не пропустит.