Проклятый Лекарь. Том 2

Прямо в центре его черепа, у основания мозга, росло нечто, что не должно было там находиться.

Физический осмотр дал мне направление. Теперь нужно было заглянуть «под капот» и увидеть всё своими глазами.

Я активировал некро-зрение, чтобы подтвердить свои подозрения. Потоки Живы в теле графа были в целом ровными, но в голове… там была катастрофа. Мутное, тёмное пятно, которое искажало и пережимало энергетические каналы, идущие от глаз.

Но что это было? Опухоль? Киста? Аневризма? И как это связано с его тиреотоксикозом? Я был отличным диагностом, но не ходячей энциклопедией.

Объём информации был слишком велик, чтобы мгновенно проанализировать и связать воедино две настолько разные патологии. Голова гудела от напряжения.

Я знал, где проблема. Но я пока не понимал, что это за проблема. А в медицине разница между «где» и «что» — это разница между жизнью и смертью.

— Что-то… что-то серьёзное, доктор? — граф внимательно следил за моим лицом, пытаясь прочитать в нём свой приговор. Сейчас он был не уверенным в себе, а испуганным мужчиной, чья жизнь оказалась в руках молодого лекаря.

— Мне нужно кое-что проверить, — уклончиво ответил я. Говорить ему правду сейчас было всё равно что подлить масла в огонь его паники. — Не волнуйтесь, я обязательно разберусь в причинах вашего недомогания. А пока продолжайте принимать все назначенные препараты и старайтесь сохранять спокойствие.

— Но… мои глаза… что с ними⁈ — в его голосе звенела паника. — И голова… раскалывается. Прямо за глазами, вот здесь, — он неосознанно коснулся пальцами переносицы.

Добавились еще симптомы. Интересно.

— Доверьтесь мне, — я шагнул вперёд и положил руку ему на плечо. Этот жест был не жестом сочувствия, а жестом собственника, успокаивающего ценный, но взбунтовавшийся актив. — Я найду причину и устраню её. Обещаю. А сейчас главное — спокойствие. Любое волнение вам вредит.

Я вышел из палаты, оставляя его наедине со страхом и моей туманной надеждой.

Ситуация изменилась кардинально. И изменилась в мою пользу.

Теперь появился второй, куда более мощный — его собственная жизнь, висящая на волоске из-за опухоли в его мозгу.

Я не бежал. Я нёсся.

Паника графа не передалась мне, наоборот — она зажгла во мне холодный, исследовательский огонь. Наконец-то достойная загадка!

Не рутинная сердечная недостаточность, а элегантная, сложная головоломка, состоящая из, казалось бы, взаимоисключающих частей.