Прокурор с Эльтона

Иногда мне казалось, что я выиграл только потому, что стимулом было увидеть сияющие от радости голубые глаза моей синевласки…

Эрик зарылся носом в её волосы и шумно вдохнул.

— А ещё у меня сносит крышу от одного твоего запаха, Лиз, — пробормотал он ей на ухо внезапно низким хриплым голосом. — Ты стала безумно красивой и сексуальной…

Горячее дыхание обожгло шею, сотни мурашек тонкими иголочками пробежались вдоль хребта. Алесса-Элиза вдруг осознала, что они до сих пор обнажены. Кисточка мужского хвоста щекотно обхватила её лодыжку и начала медленно перемещаться выше по ноге.

Алесса-Элиза шумно сглотнула, закусив губу. Её тело жаром отзывалось на ласки проклятого эльтонийца, но в том-то и дело, что она была уверена: всё это временно.

Первый раз секс был из-за выброса адреналина после нападения желточниц. Тут бы любой мужчина озверел. Второй — просто потому, что Эрику вдруг захотелось самоутвердиться… Сейчас, вероятно, потому что он сильно переживает и ему нужно спустить пар. Если в предыдущий раз он её обездвижил и не дал выбраться, то теперь соглашаться на интим в третий раз было бы полнейшим безрассудством с её стороны.

Ну не бывает такого, чтобы великолепный принц влюбился в какую-то смеску! Вселенная, да ведь за все эти годы у него вообще не было ни одной постоянной женщины хотя бы на месяц! Ею попользуются и бросят со словами «а что ты хотела?», а сердце будет разбито.

«Кого ты обманываешь, ты уже не можешь ему отказать, — насмешливо фыркнул внутренний голос.

— Как же потом планируешь это сделать?»

— Эрик… пожалуйста… прекрати… — произнесла девушка, собрав последние остатки силы воли, когда мужчина спустился поцелуями по её шее к груди и ладонью обхватил тяжёлые полушария.

Он демонстративно вобрал в рот розовую горошину, от чего Алессу-Элизу буквально прострелило удовольствием. Вселенная, разве можно быть таким идеальным?..

— Прекрати вот это всё, — прошептала она, внезапно хватая Эрика за густую гриву и заставляя посмотреть в глаза.

На дне его восхитительных сиреневых радужек плясали швархи, шершавые пальцы трогали живот, вырисовывая обжигающие руны, а кисточка пробралась вдоль по икре вверх и замерла на внутренней стороне бедра. Он был самим искушением. Внезапно эльтонийка почувствовала горькую глухую злость на саму себя. «Так и будешь рядом с ним тряпкой-Элизой, которая ему всё позволяла?»

— Да-да, я всё помню про микрозаймы и кредитную линию. Супружеский долг надо отдавать.