— Так что заказывать на завтрак?
— Что хочешь, лишь бы побольше. — Даша вдруг перестала улыбаться и перевела взгляд на стену. — Как ты думаешь, пастор вернулся?
— Думаю, что нет.
— Может, все-таки позвоним в полицию?
— Надо будет, они сами придут.
— Но...
— Тс-с-с!
Даша осеклась на полуслове. За дверью послышался легкий шорох. Полетаев легко поднялся и, словно пантера, подкрался к двери. Бесшумно открыв замок, он резко рванул дверь на себя.
Послышался громкий вскрик.
— Месье, как вы меня напугали!
На пороге с поднятой рукой застыла полицейская художница Луиза Дени.
— Доброе утро, — неуверенно улыбнулась она.
— Доброе утро, — хором ответили Даша и Полетаев и переглянулись. Им обоим в голову пришла одна и та же мысль.
— Что вы делали под моей дверью? — поинтересовалась Даша.
— Нет, нет, не подумайте ничего такого... — принялась оправдываться мадемуазель Дени. — Я просто не успела постучаться.
— Ах, так! — Даша не собиралась скрывать, что не слишком-то поверила объяснению.
Полетаев же, сохраняя любезную улыбку, сканировал француженку слой за слоем.
— Бывает...
— Как вы себя чувствуете, мадемуазель Быстрова? — полицейская художница дела вид, что не замечает его пристального интереса. — Говорят, вы опять упали со скалы?
— Ну, со скалы это громко сказано... — Даша накинула свитер. — Просто решила прогуляться по окрестностям, загляделась по сторонам и... В общем, обычная история.
— А перед этим?
— Что перед этим?
— Говорят, вы упали с площадки?
— Да... Что-то вроде этого.
— Молодая женщина старалась сохранить независимое выражение лица. — Я житель равнинный, все никак не привыкну... к перепадам давления.
— Да, да, я понимаю, — покивала художница и без всякого перехода вдруг добавила: — А у вас гости.
Ничего не оставалось, как представить их друг другу.
— Позвольте, я вас познакомлю: месье Полетаев, мой давний знакомый, мадемуазель Дени, художник местного отделения полиции. Вы, наверное, опять по поводу портрета?
— Откровенно говоря, нет.
— Нет?
— Нет.
— Тогда что же вам понадобилось от меня в столь ранний час? — фальшиво удивилась Даша.
— С вами хотел говорить инспектор.
— Инспектор? Опять? Но я ему уже все рассказала...
— Случилось еще кое-что, — художница то ли тянула время, то ли морочила голову.
Даша осторожно скосила глаза на Полетаева. Тот даже дышать стал в два раза реже.
— Мадемуазель, не пугайте меня, скажите, в чем дело.
— Лучше будет, если вы спуститесь вниз и сами обо всем спросите.
