Кстати, все никак не могу понять — чем тебе так помешал инспектор?
— Он мне ничем не помешал.— Гонсалес уже снова владел собой. Прислонившись плечом к стене, он крутил на пальце ключ.
— Зачем же ты тогда просил о его смерти?
— Это была шутка.
— Шутка?
— Именно. Я видел, как ты зашла в пещеру, а когда тебя там не нашел, понял, что ты спряталась и решил разыграть. Могу представить, какое у тебя было лицо.
Представлять было не надо, стоило просто взглянуть. Она так долго искала человека, что была уверена — найди она его, все сразу встанет на свои места.
И вот перед ней стоит этот наглый тип, ухмыляется и совершенно непонятно, говорит ли он правду, или врет.
— Но почему именно инспектор? — только что и хватило силы спросить."
"— Я представил, как ты побежишь к нему и какая у него при этом будет рожа. Он уже достал меня своими намеками. Подумал, пусть немного понервничает.
— Значит, ты не хотел, чтобы он умер?
— Да мне плевать на него.
Бледные губы бессильно подрагивали — он не знал, о чем еще говорить.
— А если я расскажу ему об этом?
Вместо ответа Гонсалес протянул свой мобильный телефон.
— На, звони.
— А если он тебя арестует?
Русскоязычный испанец разразился смехом.
— Арестует? За что? Ты что, и вправду ненормальная? Все вы бабы — дуры. Разговариваете с тенями в надежде, что вас кто-то трахнет. Инспектор, конечно, тоже придурок, но не настолько же...
Неожиданно Даша заводила носом.
— Чем это пахнет?
— Чего?
— От тебя чем-то пахнет.
— Туалетной водой.
Действительно, испанец благоухал дорогим ароматом, сквозь который, впрочем, пробивался еще один запах. Тот самый, сладковатый.
— Нет, еще чем-то.
— Слушай, отвали.
С этими словами Гонсалес зашел в свой номер, громко хлопнув дверью.
Даша стояла, словно каменная. Ей безумно хотелось кого-нибудь ударить, но под рукой, кроме собственной головы, ничего не было. Она перевела взгляд на дверь соседнего с испанцем номера. Здесь жила Бредли. Теперь здесь жил Полетаев.
Как бы он обрадовался, довелись ему поприсутствовать!
2
Словно побитая собака, спускалась она по лестнице. Единственным желанием было укрыться в номере, никого не встретив по дороге. К сожалению, в этом отеле без благословения Горной Девы не исполнялись даже самые невинные желания: возле номера дежурил Полетаев.
— Наконец-то! Где ты бродишь? Все тебя только что видели, но никто не может сказать, где конкретно. Я уже было подумал...
