Было бы невежливо не поздороваться, — пробормотала она.
Мюльке оглянулась еще раз, словно прикидывая расстояние.
— Боюсь, что вашу вежливость смогу оценить только я. — И повернувшись к рыжеволосой поинтересовалась: — Так что же все-таки заставило вас навестить нашу деву? Вы, кажется, не верили в ее силу?
Даша тем временем тщательно вслушивалась в каждое произносимое немкой слово. Она пыталась понять, ее ли голос раздавался в пещере несколько минут назад.
— Простите, о чем вы спросили?
Мюльке смотрела с нескрываемой усмешкой.
— Да, здорово вы вчера погуляли. Я говорю, что раньше вы не верили в колдовские чары.
— Я и сейчас не верю. — Нет, у незнакомки голос был мягче и несколько выше.
— Тогда что же вы здесь делали?
...С другой стороны в русском языке одни интонации, в английском — другие. И та шептала, а Мюльке сейчас говорит во весь голос.
— Даша, дорогая, вы часом уши не простудили?
— А?
— Что вы здесь делали? — прокричала немка и вполголоса добавила. — Наверняка это какое-то осложнение после простуды.
Нет, той странной просительницей был кто-то другой. И дело даже не в железобетонном спокойствии немки и не в мелодике речи — просто Катарина Мюльке выглядела стопроцентной немкой: от кончиков грубоватых ботинок до светлой лаконичной стрижки ежиком. Даже при самом богатом воображении невозможно представить, что она вдруг возьмет да и заговорит по-русски. А женщина в пещере говорила без малейшего намека на акцент, со вздохами и долготами, характерными только для славян.
"
"Даша незаметно перевела дыхание. Надо немедленно успокаиваться — если немка не в курсе, то и ей надо вести себя, как ни в чем не бывало, иначе Мюльке раструбит по всей гостинице, что встретила ее возле пещеры в коматозном состоянии, а это может вызвать подозрение у той, которая здесь была.
— Так вы скажете мне, зачем сюда приходили, или мне отвести вас к врачу? — Судя по всему, немку откровенно потешала складывающаяся ситуация.
На этот раз молодая женщина решила хорошо подумать, прежде чем что-то ответить.
И самая простая версия выглядела самой убедительной. Она поводила глазами, как бы изображая девичье смущение:
— А вы никому не скажете?
— Боже упаси! Нет, конечно...
Наклонившись, Даша прошептала ей на ухо:
— Решила попросить Горную Деву послать мне до конца отпуска хорошего жениха...
Резкий гортанный смех взорвал окрестную тишину.
— Я так и знала! И вы туда же... В таком случае считайте, что ваше желание уже выполнено.
