Пропавших без вести – не награждать!
0 прочтений
– Дежурный? Нет его? А кто это, помощник? Куда дежурный делся? Пошел в гараж? У вас что, кроме него в гараж некому сбегать? Бардак, етит-т-твою мать! Как придет, объяви ему от меня трое суток ареста за отсутствие на рабочем месте. Понял? Повтори…
Николай Сергеевич уже вновь хотел грохнуть трубкой по рычагам, как вспомнил, что звонил совсем по другому поводу:
– Эй ты, помощник, ты еще на связи? Вызови ко мне Васькова и Зингера. И сам ко мне поднимайся. Живо!
Рогожин нервно закурил, поискал на столе пепельницу, но не нашел.
В кабинет, постучав, вошел запыхавшийся капитан, помощник дежурного по политуправлению.
– Товарищ полковник, – вытянувшись, начал он доклад, но Рогожин жестом прервал его.
– Здесь вчера была пепельница, куда она делась? – спросил Николай Сергеевич совсем не то, что хотел спросить.
– Не могу знать, товарищ полковник! Разрешите принести новую?
– Хрен с ней, с пепельницей, – Рогожин о каблук затушил окурок и выбросил в окно.
Капитан промычал что-то невразумительное. Как вести себя с грозным московским полковником, он не знал.
– Вызови ко мне начальника отдела боевой подготовки флота. Барышникова, как привезут, арестовать и поместить на гауптвахту. Все понял? Иди.
«На кой черт мне сдался этот помдеж, я же мог ему по телефону все сказать? – Рогожин выдвинул ящик стола и нашел пепельницу в нем.
Манера прятать пепельницу появилась у Николая Сергеевича после работы в Омском горкоме партии. В 1936 году вторым секретарем горкома ВКП(б) был Самуил Куцман, зловредный еврей с дореволюционным партийным стажем.
